— Да, в принципе, ты прав, — согласился Пятый. — Скрипач, наверное, поговорит с рыжим?

— Разумеется, — кивнул Ит. — Он тоже всё понял. Так что за вопросы?

— Что меня делать, когда… ну, когда он решит, что…

— Ничего, — покачал головой Ит. — Не сопротивляться. Он очень опытный, и, поверь, ничего дурного он тебе не сделает. И, что немаловажно, не позволит сделать дурное тебе — потому что ты, по незнанию, можешь. Я вот даже по знанию смог, — добавил он. — И ещё как, гм. В общем, я понимаю, что это для тебя прозвучит странно, но — верь ему. Просто доверься.

— Это всё хорошо, но технически — как это происходит? Что будет? Ит, я не хочу смотреть порнуху в Скивет, — признался Пятый. — То есть кое-что я видел, конечно, но оно было, как бы сказать, всегда по-разному, и не очень понятно. Потому что выглядело это — ну, никак. Лежат два тела. Почти не двигаются. Эмоциональный ряд… довольно яркий, да, но я в этих считках так и не сумел осознать, кто что чувствовал.

— Потому что тебе нечем было чувствовать, — вздохнул Ит. — Что ты хотел? Аналогии секса с человеческой женщиной, что ли? С этими считками у тебя, кстати, как дела обстояли? Кажется, неплохо?

— Именно что неплохо, — согласился Пятый, и опустил взгляд. — Не более чем неплохо. Да и то не всегда.

— Хорошо, — вымученно согласился Ит. — Давай объясню. Саб стопроцентно выберет что-то максимально щадящее, это раз. Два — в какой-то момент, еще до всего, сознание практически полностью отключится, и бороться с этим не надо, это как раз правильно. Три… эй, ты чего?

Пятый смотрел вниз, и Ит не сразу сообразил, что того чуть ли не трясёт.

— Ты не понимаешь, — едва слышно произнес Пятый. — Всё слишком быстро… Я очень старался, но… я не могу так… а в то же время…

Ит присел рядом с ним на корточки, заглянул в лицо — сильнейшая растерянность, смятение.

— Перед врачами раздеваться, и то… Ит, мне стыдно! — с отчаянием произнес Пятый. — Это… это выше моих сил, наверное… Я не понимаю, что происходит. Я изо всех сил пытался как-то…

— Спокойно, — твердо произнес Ит. — Никто и никогда против твоей воли или по принуждению ничего не сделает. Никакой несвободы нет, запомни. Не готов — не надо. Поступай, как хочешь. Саб не идиот, догадается.

— Я не знаю, чего хочу, — спустя почти минуту молчания признался Пятый. — Не могу понять. Может быть, потому что не умею хотеть. Не научился. И не думай, что я не ничего не вижу и не понимаю. Вижу. И понимаю. Знаешь… на меня никто никогда в жизни так не смотрел. Даже Рдес, и тот… то есть смотрел, но не так. А сейчас… Ты сказал про символы? Мы этих символов вокруг теперь видим столько, что порой делается страшно. Недавно я у дома заметил вьюнок, который растет в траве. А вон там, видишь? Бабочка. И это совсем мелочи, Ит. И взгляды, и запах, и даже то, как свет падает на предметы — это всё символы, о которых я пока не в силах рассказать и объяснить. Мир, он был… черно-белый, выцветший, очень много лет. Яркая, живая Сеть — и что-то невнятное и пустое вовне. Теперь… всё смешалось, понимаешь? Мне просто трудно, я… и Лин тоже… когда мы придумали это всё, мы… ни секунды не думали вот об этом. Вот об этом всём — вот так. Я и представить не мог, что буду сидеть на горе рядом с самим собой, и говорить — о таких вещах.