Размышляя о том, почему жертвы сталинских репрессий не оказывали сопротивления при аресте, Александр Солженицын писал: «И потом – чему именно сопротивляться? Отобранию ли у тебя ремня? Или приказанию отойти в угол? переступить через порожек дома? Арест состоит из мелких околичностей, многочисленных пустяков – и ни из-за какого в отдельности как будто нет смысла спорить… а все-то вместе эти околичности неминуемо и складываются в арест»[345].

Событие ареста состоит из множества дробных действий, но принадлежит более высокому уровню описания. По сути, событие – это фрактал, как береговая линия, состоящая из множества «заливов» и «мысов», включая неровные края, осыпи, прибрежные камешки и даже песчинки. Автор теории фракталов Б. Мандельброт утверждает: «Длина береговой линии оказывается недостижимым понятием, скользящим между пальцами тех, кто пытается его понять»[346]. Так и арест состоит из множества подсобытий – физических, политических, юридических, психологических, моральных; из «многочисленных пустяков», которые сами по себе не содержат в себе свойства ареста.

Такое событие, как мирное соглашение между воюющими державами, включает ряд структурно необходимых и формально закрепленных «атомарных» действий, распределенных на оси времени: консультации экспертов, зондирование общественного мнения, принятие политического решения, переговоры на уровне послов и министров иностранных дел, межгосударственные визиты, подготовка и обмен текстами соглашения, подписание соглашения, торжественный прием, мероприятия по разведению войск и выполнению других условий договора и т. д., – так что без одного из этих элементов другие лишаются смысла и событие не может состояться. Все эти элементы события должны быть в синхронном наличии, хотя развертываются они диахронически. Событие есть структурная одновременность (синхронизация) физически разновременных (диахронических) изменений (действий, поступков).

Категория события позволяет переносить явления одного временного порядка на более высокий метауровень. Человеческая жизнь в целом, от рождения до смерти, может быть представлена как одно событие, которое не могло бы состояться без его разновременных биографических составляющих. Такое событие существует в историческом времени, поскольку вся протяженность жизни данной личности синхронизована в этом событии как одна структурная единица. Точно так же вся жизнь человечества может быть представлена как одно огромное событие, которое существует уже не в историческом, но в более протяженном космическом времени. Время истории сжато данным событием в синхронический ряд, все элементы которого, от первобытной эпохи до наших дней, должны соприсутствовать, чтобы структурно образовать событие человеческой истории. Наконец, и вся жизнь Вселенной, отсчитывая от Большого взрыва, положившего начало ее расширению и образованию галактик и звездного вещества, может быть представлена как одно событие, которое сжимает и синхронизирует в себе все космическое время и за пределом которого нет времени вообще. Такое мегасобытие само по себе является безвременным, принадлежит вечности.