Вот они причалили к берегу, останавливаются на ночлег. Дима выволок на песок свою лодку, сел под кустом, блаженно закурил. Нет, он не отлынивает от работы. Но он — курящий человек, на ходу курить неприятно и вредно, вот он и курит, удобно усевшись на бревнышке. Тем более что его байдарка уже на берегу, он никого не обременяет своим грузом. И другим помочь Дима не откажется, пусть только скажут. Но никто ни о чем его не просит. Отдыхает Дима — пусть отдыхает. Иногда Капитан насмешливо посматривал в его сторону. Иногда Адмирал бурчал что-то про себя. Но замечаний не делали. Да и посматривали не очень часто — делом были заняты, тут не до Димы. Все помогали всем. Дима — только себе.

Иногда Андрею хотелось сказать Диме что-нибудь язвительное. Он легко придумывал ядовитые слова и шептал их, когда Дима не мог его слышать. Но все понимающий Адмирал как-то напомнил:

— За двадцать четыре дня человека не переделаешь. Больше он с нами не пойдет, а сейчас не заводи волынку. От волынки всем будет тошно.

И Андрей старался сдерживаться.

Один раз он поделился своим негодованием с Женей, но Женя неожиданно сказал:

— Хватит тебе, Андрей, бороться за справедливость.

— Привет. — Андрей даже остановился, разговор происходил в лесу, они собирали грибы. Андрей поставил корзину на землю и уставился на Женю. — А за что, по-твоему, надо бороться? Конечно, за справедливость.

— Но справедливость у тебя своя, а у Димы — своя.

— Да? Женщины работают, а он под кустом сидит. Ничего себе справедливость!

— Это ты видишь. А он видит, что свою работу сделал, а чужую не обязан.

— «Не обязан»! А остальные обязаны?

— А ты что, чужую работу делаешь?

Женя смотрел весело. Он так смотрел, как будто решил задачку, которая Андрею не по зубам.

Андрей вспомнил мешки с продуктами, которые они с Женей таскали к стоянке. Палатку Инны, которую иногда ставил Андрей, иногда Женя, иногда Адмирал — кто успеет.

— Делаешь ты, Андрей, чужую работу?

— Вроде свою, — озадаченно ответил он.

— Ну вот. Значит, для тебя все справедливо, и нечего ерепениться.

— Ага! А то, что Алешка надувает матрасы, — это тоже справедливо? Для всех, заметь, надувает.

— А ты попробуй их у Алешки отобрать, — засмеялся Женя.

И Андрей перестал спорить. Потому что Женя был прав.