Национально-демократическая революция, приведшая в сентябре 1974 года к свержению монархического режима Хайле Селассие I, создала условия для коренных преобразований всех сторон жизни эфиопского народа. Не явилась исключением и сфера художественного творчества, в частности литература, в последние годы развивающаяся под прямым воздействием идей научного социализма.

Февраль 1974 года… Столицу всколыхнули массовые выступления трудящихся, протестовавших против невыносимых условий жизни. Позднее стихийные стачки переросли во всеобщую забастовку. Рабочие выдвигали не только экономические, но и политические требования. Так началась революция, приведшая спустя несколько месяцев к свержению монархизма. Прогрессивные литераторы восторженно приветствовали события, возвестившие наступление новой эры в истории древней страны. Февральским переменам посвятил стихотворение Тэсфайе Гэссэсэ. В нем есть такие строки:

Понимание своего общественного долга, стремление конкретными делами участвовать в обновлении страны — черта, свойственная современному эфиопскому писателю. Середина 70-х была для Эфиопии временем серьезных испытаний. Народу, решившему покончить с феодально-капиталистическими порядками, пришлось вести борьбу сразу на нескольких фронтах. Упорное сопротивление оказывала внутренняя реакция, предпринял попытку агрессии внешний враг, срочного решения требовали тяжелейшие социально-экономические проблемы, оставшиеся в наследство от прошлого. Какова роль писателя в этой борьбе? Для Эфиопии, где художественная литература прежде жестко контролировалась правящим классом и предназначалась для немногочисленной, оторванной от народа элиты, вопрос далеко не простой.

Чтобы действенно служить прогрессу, литература должна стать по-настоящему массовой, то есть доступной широким слоям общества — увы, на девять десятых неграмотного. Кампания по ликвидации неграмотности, вот уже несколько лет проводящаяся в стране, приносит хорошие результаты. К 1990 году в стране не останется взрослых, не умеющих читать и писать. Переориентация на массового читателя подразумевает изменение всего идейно-тематического содержания литературы, ее стиля. Как добиться того, чтобы писательское слово было понятно человеку, совсем недавно приобщившемуся к чтению? Конечно, важны актуальность темы, соответствие поднимаемых в произведении проблем сегодняшним чаяниям этого человека. Не обойтись и без особого, подлинно народного (причем не только амхарского — страна многонациональная) языка. Не все получается сразу. Отдельные произведения последнего времени недостаточно глубоки, малоопытные литераторы подчас злоупотребляют звонкой фразой, лозунгом в ущерб полноценному художественному раскрытию темы, противоречивая действительность в их изображении схематична. Поверхностные представления о народной речи приводят к засорению литературного языка вульгаризмами, областной лексикой.