— К тому же ты, кажется, решил, что Муфта волчий приёмыш! — резко прервал Моховая Борода болтовню Полботинка.

Теперь это было высказано.

— Так-то оно так, — пробормотал Полботинка и тут же обратился к Муфте: — А это соответствует действительности? Краеведы предполагали, что ты вырос среди волков.

Щёки Муфты вспыхнули.

И тогда Моховая Борода ответил за Муфту:

— Это предположение полностью опровергается фотодокументами.

— Ах, вон как… — сказал Полботинка и удивлённо поднял брови. — Жаль…

На это и Моховая Борода не сумел ничего ответить.

Голос моря

Голос моря

Муфта и Моховая Борода сходили к ручью напиться и возвратились с пригоршней орехов. Морошка, правда, утолила первый голод, но и хорошие упругие ядрышки ореха были очень кстати, потому что после вынужденного поста просто необходимо подкрепить свои силы.

Несмотря на счастливое избавление, настроение у накситраллей было неважное.

После упрёков Моховой Бороды Полботинка стал грустным и молчаливым.

В отношениях появилась какая-то странная скованность, и никому из них не удавалось её преодолеть. Не улучшало настроение и то обстоятельство, что фургон намертво застрял между деревьями. Они уже несколько раз пытались общими усилиями сдвинуть его с места, но совершенно безрезультатно.

— Если мы не вызволим машину, нам, пожалуй, придётся жить в лесу, — сказал Моховая Борода.

В глубине души он находил, что это не так уж плохо. Жили бы они тут просто и естественно, в полном соответствии с законами природы. А фургон был бы как маленький домик. К тому же теперь самое подходящее время начинать лесную жизнь: орехи созрели, лес полон ягод и грибов. А весной можно было бы посадить и кое-какие овощи…

Но Муфта не хотел и слышать о том, чтобы остаться в лесу.