– Стойте здесь! – приказала детям Мейвис, прижимая к себе обоих.

– Ах-х т… – коротко рыкнул сержант Имидж на Мейвис, но, выпрямляясь, придал своему лицу идиотски-сладкое выражение.

– У вас в доме есть маленький ребеночек. Ведь есть? – вкрадчиво спросил он Димфну. – Такой маленький хорошенький ребеночек, да?

Димфна хихикнула. Ллуэлин твердо ответил: – Нет!

– И это правда, – подтвердил Шонни. – Малец говорит чистую правду. Может быть, теперь вы уйдете и перестанете тратить свое время и отнимать мое? Я занятой человек.

– В мои намерения не входит предъявлять обвинение вам и вашей жене, – вздохнул капитан Лузли. – Выдайте мне миссис Фокс и ее отпрыска, и вас больше не потревожат. Даю слово.

– Мне что, выбросить вас силой?! – закричал Шонни. – Клянусь Богом, у меня сильное желание задать вам перцу!

– Врежьте ему малость, Оксенфорд, – приказал сержант Имидж. – Все это бред какой-то.

– Мы приступаем к обыску! – объявил капитан Лузли. – Мне очень жаль, что вы оказались так несговорчивы, понимаете ли.

– Иди наверх, Мейвис, и уведи детей! – скомандовал Шонни. – Я сам здесь разберусь!

Он попытался вытолкнуть жену из комнаты.

– Дети останутся здесь! – повысил голос сержант Имидж.

– Им придется немного повизжать. Я люблю слушать, как визжат дети.

– Ах ты мерзкий, нечестивый ублюдок! – закричал Шонни и бросился на сержанта, но Оксенфорд успел вклиниться между ними и несильно ударил Шонни в пах. Тот вскрикнул от боли и принялся бешено размахивать кулаками.

– Стойте! Я не хочу быть причиной несчастья! – В дверях кухни стояла Беатриса-Джоанна. Шонни опустил кулаки.

– Вот это миссис Фокс, – проговорил капитан Лузли. – Вот это подлинник.

Весь вид его излучал сдерживаемую радость. Беатриса– Джоанна была одета по-дорожному.

– Что вы собираетесь сделать с моими детьми? – спросила она.

– Ты не должна была этого делать! – простонал Шонни. – Тебе нужно было сидеть там, где ты сидела! Все, может быть, кончилось бы хорошо, да простит тебя Бог!

– Я могу заверить вас, – проговорил капитан Лузли, – что ни вам, ни вашим детям не будет причинено ни малейшего вреда. – Неожиданно он вздрогнул. – С детьми? Детям? А-а, понимаю… Значит, не один. Как-то я не принял в расчет такую возможность. Тем лучше, тем лучше… Конечно же, лучше, понимаете ли!