Следующий день обещал стать критическим. Алленби уехал. Была суббота и первый день еврейской Пасхи. Но все обошлось. Стали думать, что, может быть, вообще обойдется. А пятого числа началось. После подстрекательских речей арабских старейшин толпа с антисемитскими и восхваляющими Фейсала криками перешла к делу. Жертвы были и среди англичан, возможно, потому, что, не ведая о высокой политике, они, случайно оказавшись на месте событий, попытались остановить толпу. Еврейская самооборона кинулась к месту событий, но арабы быстро зашли в Старый город. Евреи пытались последовать за ними, но английские войска тут же блокировали ворота. А в самом Старом городе не было войск. Обычно там все-таки находились еврейские полицейские. Но в тот день их всех вызвали в новую часть города для охраны английских учреждений. «Случайно», как потом оправдывались английские власти. В Старом городе остались полицейские-арабы. В лучшем случае они были просто безучастны. Казалось — конец Еврейскому кварталу. Но всего не предусмотришь — нашлись у него защитники! В стране еще находились остатки Еврейского полка — 400 человек. Их не успели распустить. Командовал ими еврей, полковник Марголин. Полк стоял далеко от Иерусалима. Но на Пасху некоторые солдаты получили отпуск. В данном случае (я не знаю, случайно или умышленно) Марголин отпустил на праздник группу солдат-евреев из Старого города. Английские солдаты (а ныне и израильские) в отпуск уходили с оружием. Предупредительных выстрелов в воздух оказалось достаточно. Пострадали семьи, жившие не в самом квартале, а поблизости от него, вперемежку с мусульманами. Это был не тот удар, который мог бы «опрокинуть» Декларацию Бальфура. Впрочем, дело еще не кончилось. В Новом городе было относительно спокойно. Власти отклонили все просьбы евреев об оружии или хотя бы о легализации статуса «Хаганы», пусть даже вооруженной только дубинками. Впрочем, к вечеру английские войска появились в Новом и в Старом городе. И установилось вроде бы спокойствие в Иерусалиме. С шести часов вечера и до шести утра был объявлен комендантский час. Арабская полиция арестовала наконец погромщиков. По счастью, евреи, уже наученные горьким опытом, английским властям не верили. Они воспользовались затишьем и тем, что было разрешено движение машин «скорой помощи» — их пропускали в Старый город. И вот под видом медперсонала туда проникли члены «Хаганы» и даже провезли немного оружия. Религиозные евреи в Старом городе теперь уже понимали, что к чему. И молодежь под руководством «Хаганы» готовилась к защите. Нехорошо, конечно, использовать для военных целей машины «скорой помощи», но если бы тогда этого не сделали… Утром все армейские посты оказались сняты — «чтобы не пугать арабских крестьян, прибывающих с товаром для торговли». И, конечно, утром события возобновились. Причем те громилы, которые вечером были арестованы, утром уже оказались на свободе и споро принялись за дело. Власти меж тем издали приказ об аресте всех легионеров, находившихся в Иерусалиме, законно или незаконно. (Группа легионеров пыталась без приказа добраться на грузовике из своего лагеря в Иерусалим.) Было объявлено также о временном разоружении всех полицейских — евреев и арабов. Все взяла на себя армия. Но пока что военные вновь блокировали ворота. Оборона Еврейского квартала в Старом городе держалась, однако, уже не на легионерах. Сунувшись туда, арабы получили отпор и довольно быстро отступили. Пострадали окраинные еврейские дома, стоявшие среди мусульманских. Медлить больше было нельзя, и англичанам пришлось ввести, наконец, военное положение. Волнения в Иерусалиме затихли.