Не сам бы он додумался. Он, если так, особым умом не отличался. Власть? Да, любил. И девок, особенно, когда дар раскрылся. А вот чтобы что-то поглобальнее… нет, тут корни, на Востоке, тут те, кто на Змееныша внимание обратил.

Обогрел.

Вложил в голову нужные мысли… а теперь Змееныша нет. Змееныша нет, а вот хитрые штуки из прошлых эпох остались, выходит.

И клуб этот… наверняка существовал задолго до появления Змееныша на свет.

А значит…

- …редчайшая возможность приобрести в личное владение… - голос распорядителя спугнул мысль, и Эдди поморщился. Все-таки тут душновато.

И пахнет цветами, духами.

Людьми.

И все это на нервы действует, рука сама к дудочке тянется. А что? Сыграть. Зачаровать. Лишить воли, как дед умел… то есть, говорят, что умел, но Эдди сам не видел.

Только… получился ли?

А если нет? Что тогда? Выведут? Или сразу пристрелят? Там, где подобные игрушки на кону, - а огненный шторм ушел за двадцать тысяч золотом – церемониться не станут. И добры был бы Эдди один, он бы рискнул. Но… Чарли.

Милисента.

И эта, косматая неудачница, которая где-то там прячется.

На сцену вывели девицу.

- Молода. Здорова. Крепка. Разум её полностью готов принять волю господина, - надрывался распорядитель. А Чарльз сжал кулаки.

- Спокойно, - повторил Эдди.

- Что… с ней? – Милисента говорила тихо.

- Опоили. Какое-нибудь зелье… их хватает. Или обыкновенный опиум. Девчонка не жилец.

Сказал и пожалел. Надо было молчать.

- Как?