Даосская школа берет начало от чиновников-историографов. Она записывает из поколения в поколение путь успехов и поражений, существования и гибели, горя и счастья, древности и нынешних времен, чтобы потомкам было известно, как держать в руках основное и схватывать сущность, сохранять себя чистотой и умеренностью, оберегать себя уничижением и слабостью, это искусство для сидящего лицом к югу государя. Она согласуется с уступчивостью Яо, «смирением» «И цзина»[1082], за одно смирение они получают четыре выгоды, в этом ее достоинство. Но если распущенный человек будет осуществлять это учение, то он будет стремиться пресечь ритуал и ученость, откинуть человеколюбие и чувство долга, считая, что, только опираясь на чистоту и умеренность, можно осуществлять управление.

Школа «инь-ян» берет начало от чиновников Си и Хэ[1083]. Она следует за Великим Небом, опирается на знамения, даваемые Солнцем, Луной и созвездиями, наставляя народ устанавливать сроки [для сельскохозяйственных работ], в этом ее достоинство, Если твердолобый человек будет осуществлять это учение, он будет связан множеством запретов, погрязнет в мелочах, отбросит людские дела и будет служить чертям и духам.

Школа легистов берет свое начало от чиновников-администраторов. Она полагается на награды и неотвратимо налагает наказания, тем самым помогая управлению на основе ритуала[1084]. В «И цзине» говорится: «Прежние правители в согласии с этим делали ясными свои наказания и улучшали свои законы»[1085]. В этом ее достоинство. Но если жестокий человек будет осуществлять это учение, то он не будет добиваться изменений путем воспитания, отбросит человеколюбие и любовь, а будет полагаться только на наказания и законы, желая этим добиться порядка, [он] дойдет до того, что ущерб будет нанесен даже родным, пострадает милосердие и оскудеет щедрость.

Школа номиналистов ведет свое начало от чиновников ведомства ритуала. В древности названия и сущности не соответствовали друг другу, ритуал также отклонялся от нормы. Конфуций говорил: «Необходимо исправить имена. Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований. Если слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осуществляться»[1086]. В этом ее достоинство. Но если придирчивый человек будет осуществлять это учение, то он во всем будет выискивать изъяны, пока все не будет разбито вдребезги.

Школа моистов берет начало от храмовых сторожей. Крыши кроют соломой и на стропила берут простые бревна, поэтому ценят умеренность в расходах; заботятся о старцах, поэтому следуют принципу всеобщей любви; отбирают служилых по результатам стрельбы из лука, поэтому ценят умелых; почитают духов предков, поэтому верят в чертей; следуют в своих делах четырем временам года, поэтому отрицают судьбу; смотрят на Небо с сыновней почтительностью, поэтому превозносят единообразие. В этом ее достоинство. Но если неразбирающийся человек будет осуществлять это учение, то, увидев выгоду от умеренности, он на этом основании отвергнет ритуал; он будет отстаивать мысль о всеобщей любви, но забудет о различиях между близкими и дальними родственниками.