Балтиморская катастрофа стала ударом для Бостока, но он отнюдь не разорился. По всем Соединенным Штатам у него было еще множество зверей. Да и те, что сгорели, надо думать, были застрахованы. До Панамериканской выставки в Буффало оставалось три месяца, и Босток отправил Чикиту работать в театрах в Вашингтоне, Сиэтле и других городах, чем очень ее порадовал, ведь она смогла прославиться в тех частях страны, где ее еще не знали. Денег водевили приносили неизмеримо меньше, чем ярмарки и зоопарки, зато в театре Чикита чувствовала себя подлинной артисткой.

Когда она выступала в «Гранд-опера-хаус» в Вашингтоне[128], Лавиния срочно вызвала ее на собрание. Так Чикита узнала, что в назидание за пожар в зоопарке Принц Колибри и несколько его приспешников были казнены верными ордену подмастерьями и бандитами, нанятыми лично Великим магистром. Правда или ложь? Узнать можно, лишь прочесав все американские и европейские газеты того времени. Может, где-то в криминальной хронике и попадутся упоминания об убиенных лилипутах с утыканными булавками языками. Но кто станет проводить подобное расследование? Да и зачем?

На Чикиту эта кровавая расправа произвела большое впечатление, и она поняла, что орден, даже переживая не лучшие времена, еще ох как может за себя постоять. «Истинные Нижайшие» остались без главаря, нового выбрать не сумели и за неимением мозговитого руководителя вскоре и вовсе распались. «Настоящие Истинные Нижайшие» также ослабели, и их постигла та же участь. Они и раньше уступали первым бунтовщикам в напоре и окончательно увязли, когда их начальник, Полковник Овод, отказался от должности Великого магистра (видимо, из страха получить свою порцию булавок) и пустил все на самотек.

Так что, как гласит пословица, нет худа без добра. В результате балтиморского пожара орден избавился от врагов и продолжил работать на благо мира, который чем дальше, тем больше распоясывался.

В Вашингтоне Чикита поселилась в шикарной гостинице. Не помню, как называлась, но где-то поблизости от Белого дома. В одном из тамошних люксов когда-то останавливалась Пенни Линд, Шведский Соловей. Чикита жила как раз в ее номере[129].

Знаешь, кто такая Йенни Линд? И чему вас только учат в университетах? Одному научному коммунизму, видать. А как же общая культура? Я кого ни назову знаменитого — ты никого не знаешь. Йенни Линд была великой певицей. Ее прозвали Шведским Соловьем, и она считалась безответной любовью Ханса Кристиана Андерсена. Я говорю «считалась», потому что сам-то грешным делом думаю, Андерсен играл за другую команду. А любовь к Йенни — сказочка, уловка, чтобы скрыть голубизну.