Но кое-кому уступали в популярности даже Кора Беквит, сиу Вайнона, Крошка Патти и гадалка Джезерит. Да и все остальные развлечения Мидуэя. То была Чикита, которой предоставили целый огромный театр, выстроенный по левую руку от «Большого шоу зверей» Бостока. Люди выстраивались в очереди, чтобы взглянуть на нее, и, словно горячие пирожки, расхватывали ее фотографии и цветные значки с ее портретами, специально заказанные Бостоком к выставке[139].
Полное превосходство кубинской артистки над всеми подтвердилось во время церемонии открытия, где устроители объявили ее официальным талисманом выставки. Сперва это звание ее не воодушевило. «Что я им, кошка или собачонка?» — возмущенно воскликнула она, узнав новость. Но Босток убедил ее, что стать талисманом столь значительного мероприятия — не только честь, но и прекрасная реклама, сулящая неплохие доходы им обоим. Поразмыслив, Чикита нехотя согласилась принять титул.
Сначала она появлялась на парадах, проводившихся в рекламных целях на Мидуэе и главных улицах Буффало, в ландо, которое ей подарил президент Мак-Кинли. Но потом Босток придумал кое-что получше и договорился с автомобильной компанией Дженкинса из Вашингтона. Через несколько недель официальный талисман получил в дар нечто, что привело в буйный восторг одних и вызвало жгучую зависть у других: роскошный кабриолет темно-зеленого цвета, миниатюрную копию популярной модели «Виктория», с никелированными колесами и кожаными сиденьями[140].
Босток нанял шофером чернокожего лилипута и сшил ему шикарную форму. Всякий раз, когда Чикита усаживалась в кабриолет, чтобы появиться на параде или сделать круг по выставке между выступлениями, люди расступались и аплодировали. Крошечная звездочка сияла ярче всех прочих на Мидуэе. Композитор Эрвин Кеппен даже сочинил песню и посвятил ее Чиките:
Босток отпечатал партитуру в типографии, снабдив волнующим снимком артистки, и присовокупил получившуюся брошюрку к выгодному сувенирному бизнесу[142].
Каждый день Чикита выступала трижды, но все равно нашла время встретиться со старыми знакомыми и завести новых друзей. Например, она увиделась с королевой Лилиуокалани и нашла ее весьма одряхлевшей. Как будто после аннексии Гавайев годы разом навалились на бывшую государыню. Кроме того, выставку посетили мастерица фотографии Элис Остин, бывший импресарио Чикиты Ф. Ф. Проктор, который ледяным, но учтивым тоном поздравил ее с «многочисленными успехами», а также месье Дюран, управляющий «Хоффман-хауса». К тому времени он вышел на пенсию и совершал увеселительные поездки в компании Мигеля, статного и мускулистого юного мексиканца, которого представлял как своего крестника.