Мен. А что называешь цветом, Сократ?

Сокр. Ты назойлив, Менон: на человека старого взваливаешь труд отвечать на вопросы436, а сам не хочешь припомнить и сказать, в чем Горгиас поставляет добродетель.

Мен. Нет, я скажу, Сократ, когда ответишь на мой вопрос.

Сокр. С кем ты разговариваешь, Менон, тот и закрыв глаза узнает в тебе красавца, у которого есть угодники.

Мен. Отчего ж это?

Сокр. Оттого, что в разговоре ты только приказываешь; а так поступают люди избалованные, которые, пока цветут красотою, бывают самовластными повелителями. Может быть, тобой замечено, что и я не могу противиться красавцам? Изволь, сделаю тебе удовольствие, буду отвечать.

Мен. Конечно сделай.

Сокр. Но хочешь ли, отвечу мнением Горгиаса, чтобы для тебя было понятнее?

Мен. Хочу, почему же не так?

Сокр. Не правда ли, что вы, по учению Эмпедокла, допускаете какие-то истечения из всего сущего?