А потом, медленно работая ногами, поплыла прочь от корабля.

* * *

Гром оставался у окна, пока не услышал, как Скарлетт спрыгнула за борт. После этого вжался в крошечный простенок рядом с дверью. Спустя пару секунд на лестнице послышался топот ног Яхьи, прекратившийся на палубе. Гром решил, что тот рассматривает осколки стекла. Потом щелкнул замок, и дверь открылась внутрь. Если бы Яхья распахнул ее настежь, она ударила бы Грома в грудь и выдала его присутствие. К счастью, боевик лишь чуть приотворил дверь, чтобы сунуть в нее голову и окинуть каюту быстрым взглядом, и поспешил к ограждению левого борта.

Гром покинул укрытие и выглянул наружу. Яхья склонился над поручнем, разглядывая воду. В одной руке он сжимал автомат, а в другой — высоко поднятую керосиновую лампу. Желтое пламя горело устойчиво и ярко, окружая его кругом света.

Гром припустил по палубе большими шагами, чтобы набрать скорость, стараясь при этом не издавать ни звука.

Под ногой хрустнуло стекло.

Яхья обернулся, и его глаза округлились от удивления.

Гром с ревом ударил его плечом в грудь, и они оба растянулись на палубе. Лампа отлетела на несколько метров и грохнулась о палубу. Стеклянная колба раскололась, разлившийся керосин вспыхнул, взметнув в небо высокие языки пламени.

Яхья чудом сумел удержать в руке автомат. Но прежде, чем он успел поднять оружие, Гром ударил его ногой в шею. На этот раз Яхья не удержал «калашников». Автомат с лязгом упал на палубу, проскользнул под поручнем и плюхнулся в воду.

Крикнув что-то по-арабски, Яхья бросился на лежащего Грома. Тот поймал противника в прыжке, ударив обеими ногами ему в грудь и перебросив через себя, используя его собственную инерцию. Яхья с грохотом повалился на палубу и отчаянно взвыл. Гром развернулся и увидел, как Яхья катается по палубе в луже огня, языки которого поднимались уже на метр и быстро расползались в стороны. Яхья вскочил на ноги и стал не разбирая дороги носиться кругами по палубе живым факелом, пока не наткнулся на ограждение по правому борту и, опрокинувшись через него, не полетел в воду. Ночь наполнилась запахом горящей плоти, волос и одежды.

— Гром! — слабо донесся откуда-то голос Скарлетт. — Уходи! Сейчас все взорвется!

Гром покосился влево, где бушевал огонь. Пламя уже лизало дизельные двигатели. Гром поспешил к ограждению, перешагнул через него и уже готов был броситься в воду, когда раздался оглушительный взрыв. Горячая волна ударила его в спину и швырнула в темноту, словно тряпичную куклу.

* * *

— Гром! — крикнула Скарлетт и изо всех сил устремилась обратно к суденышку.