Она остановилась в нескольких метрах от горящего корпуса и, нащупав ногами дно, двинулась вдоль борта, пытаясь различить Грома среди плавающих вокруг обломков. Его нигде не было видно.

Чья-то рука схватила ее сзади за плечо.

— Гром?

Но еще не успев обернуться, Скарлетт уже знала, что это не он, потому что руки у Грома были связаны за спиной, как и у нее. Вместо этого она в ужасе уставилась на Яхью. Вернее, на то, что когда-то было Яхьей, потому что смотревшее на нее лицо не принадлежало человеку. Это было нечто из потустороннего мира, ожившая маска на Хэллоуин.

Все его лицо было ярко-алым и пурпурным месивом, кроме носа и губ, которые почернели и обуглились. Кожа над левой бровью облезла и свисала над глазом, почти полностью закрывая его, а веко правого глаза сгорело полностью, открывая неестественно большое и круглое глазное яблоко. Его рот был открыт, словно в безмолвном крике.

Скарлетт отчаянно пыталась стряхнуть его руку с плеча, но Яхья крепко держал ее. Другой рукой он сдавил ей горло. Скарлетт начала отбиваться ногами, но так ей было трудно удержаться на поверхности. Голова ушла под воду. Вода хлынула в нос, Скарлетт в панике закашлялась, но только еще больше нахлебалась.

Она поняла, что тонет.

В этот миг Скарлетт вспомнила трюк, который провернул с Громом ирландец. Она перестала брыкаться и вскинула ноги над водой, сомкнув их вокруг шеи Яхьи. Скарлетт извернулась всем телом, словно раскачивалась на качелях, и, давя ногами вниз, потащила Яхью под воду, а сама при этом, наоборот, стала всплывать. Ее голова снова оказалась над поверхностью.

Яхья отчаянно стиснул ее щиколотки. Но Скарлетт лишь крепче сжимала ноги. Движения Яхьи становились все более вялыми, и секунд через пять он затих. Она на всякий случай продержала его в тисках еще столько же. Наконец, выпустив шею боевика, Скарлетт, из последних сил работая ногами, поплыла к берегу. Почувствовав под коленями дно, она встала на четвереньки и поползла. Добравшись до начала берегового откоса, Скарлетт поняла, что силы ее оставляют.

И повалилась на землю под бескрайним черным африканским небом.

ГЛАВА 43

ГЛАВА 43

Уже давно рассвело, когда Скарлетт заметила, что Гром пошевелился.

— Вставай, соня! — тронула она его за плечо.

Гром открыл глаза, зажмурился от яркого золотистого света.

— Летти? — заморгал он. — Что?.. Где?..

— Успокойся, — ответила Скарлетт. — У тебя выдалась непростая ночь.

Он с тяжелым вздохом сел, почесал голову и удивленно уставился на свои руки.

— За ночь я перетерла свою веревку о камень, — объяснила Скарлетт. — Потом развязала тебя.