Карл V никогда не скрывал от своих приближенных своего стремления вернуть хотя бы большую часть английских владений во Франции. Сдерживающими факторами были его совесть, которая требовала хотя бы правдоподобного юридического обоснования для отказа от мирных договоров, которые он поклялся соблюдать, и ресурсы его сократившегося и разрушенного королевства, которые не обязательно выдержат напряжение еще одной войны. Он также осознавал необходимость управлять общественным мнением. В конце 1360-х годов несколько элементов этого расчета изменились. Успешное сдерживание рейда Великой компании 1367 года, банкротство принца Уэльского и раскол среди его подданных, апатия Эдуарда III — все это были значительные факторы. Налоговые поступления правительства были высокими. Летом 1367 года король счел возможным успокоить Генеральные Штаты Лангедойля, вдвое снизив ставки, по которым взимались фуаж и габель. Несмотря на большие расходы на сдерживание компаний, содержание роскошного двора и потворство своему экстравагантному аппетиту к строительству, Карл V накопил резерв на случай непредвиденных обстоятельств в наличных в Лувре, отеле Сен-Поль и королевских замках Мелён и Венсен, как это делал Эдуард III в Англии. К 1368 году этот запас составил около 400.000 франков[941].

Что касается юридического обоснования отказа от мирных договоров, то оно было предусмотрительно обеспечено жалобами гасконских сеньоров на фуаж. Карл V тщательно выстраивал свои отношения с ними с момента своего воцарения. Он использовал их отряды в своих армиях. Он развлекал и льстил им при дворе. Он отпустил капталя де Бюша без выкупа. Он ссудил графа Арманьяка деньгами, когда тот рассорился с принцем Уэльским. 4 мая 1368 года Арно Аманье д'Альбре обвенчался со свояченицей Карла V, Маргаритой де Бурбон, в часовне личной резиденции короля в парижском отеле Сен-Поль. Карл не только организовал брак, но и внес в приданое невесты единовременную сумму в 30.000 франков и назначил пенсию в размере 4.000 франков в год. На торжествах присутствовало большое количество видных гасконских дворян. Трудно поверить, что Карл V не спланировал то, что произошло дальше. Среди гостей в Париже был и граф Арманьяк. Находясь там, он тайно подал документы на апелляцию против фуажа от своего имени и от имени своего сына. Апелляция была адресована королю Франции "его суверенного господина герцога и всего герцогства Аквитанского"[942].