Многие современники с удивлением воспринимали в общем-то естественные процессы общественной жизни. Например, то, что на мусульманских съездах, исламские факихи (богословы-законоведы) сидели рядом с большевиками, левыми эсерами, левыми джадидами и обсуждали вопросы взаимодополняемости шариата и коммунизма. Это привело к тому, что в том же Туркестане было утверждено положение «О комиссии по согласованию законоположений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства Туркестанской Республики с шариатом и адатом». В случае расхождений между юридическими нормами правительства и законами шариата или адата последние имели преимущественную правовую силу. Такое же распоряжение вскоре действовало в Бухарской и Хорезмской советских республиках.

В конечном счёте туркестанцы предпочли путь этнокультурного автономизма в рамках единой державы — Советской России, после чего вместе с русской и другими нациями приступили к строительству совершенно нового, не имеющего аналогов в истории человечества государства под названием СССР.

Заключение

Ни одна из общественно-политических организаций России не была достаточно зрелой перед Октябрьской революцией, несмотря на то, что уже произошла Февральская и наблюдалось взрывообразное развитие самых разных социальных процессов. Мы имеем в виду не прогрессивность или реакционность, не радикализм или консерватизм, не исторический стаж, а именно зрелость, надёжную структурированность, самостоятельность, непоколебимую партийность. Более или менее этим критериям отвечали отдельные фрагменты исламского движения, которое (особенно на национальных окраинах империи) стало знаменем революционного пробуждения многомиллионных масс.

Однако фундамент исламских организаций – религия – при всём его неоспоримом объединительном значении слишком часто играл сдерживающую роль, не позволяя поспевать за мгновенно меняющейся ситуацией. Не говоря о том, что способствовал неконтролируемому иностранному проникновению в отечественную умму, что приводило к её использованию во враждебных интересах. Враждебными они были, как для уммы, так и для всей страны, ибо турецкие панисламисты вместе с фальшивыми европейскими радетелями ислама всегда стремились наполнить организации мусульман России духом шовинистического экстремизма и сепаратизма. (В настоящее время к этой нечистой возне присоединились в лице реакционнейших монархий панисламисты арабские.)

Зато необыкновенная целеустремлённость и дисциплинированность большевиков позволяла им навёрстывать многие собственные упущения, оперативно корректировать ошибки и приспосабливаться к любым изменениям экономической и политической обстановки. Поэтому, существенно уступая исламскому движению по всеохватности этнических и социальных сфер, большевики, тем не менее, подтвердили простую, но такую ёмкую фразу, брошенную Лениным в 1917 году: «Есть такая партия!». Они единственные точно определили болезнь и средство излечения, и Октябрьская революция, как решение, как инструмент, наконец, – это целиком их детище.