Конечно, в неё были вовлечены все политические силы того времени. В том числе – обладавшие неизмеримо большими материальными возможностями, нежели большевистская. А если говорить об исламских, то они, повторим, во многих регионах страны были доминирующими. Следовательно, вопрос упирается в идею, в идеологию, в программу, в методы и способы реализации программных установок. А главное – в то, насколько всё это отвечает глубинным чаяниям народа, с какой эффективностью ликвидирует социальные перегородки, снимает межэтническую и межрелигиозную вражду.

Известно, что среди всех участников революции и гражданской войны существовали в том или ином виде расколы. Но только большевики преодолевали их с наименьшими потерями. А взять, к примеру, разлады между исламскими единоверцами – татарами и башкирами, между народами Северного Кавказа… Разногласия той поры между среднеазиатскими этносами – это вообще «классика» междоусобицы. И оказалось, что только большевистская партия предложила самые действенные пути избавления от этих недугов классово разделённого общества.

Большевики встали на ноги, опираясь на гигантскую сумму знаний и веры, накопленных человечеством, и взаимосвязь с религией была у них достаточно развитой, что было ново, неординарно для революционеров-марксистов. В каждом деле возможны перегибы. В революционном тем более. Однако никакого преследования за веру ленинско-сталинские коммунисты не осуществляли, хотя преследования верующих, которые не молились, а стреляли в них, безусловно, происходили и должны были происходить. Несмотря на обилие документов, подтверждающих данный вывод, этого не могут либо не хотят понять современные историки буржуазного направления. Зато это без всяких архивных изысканий прекрасно ощутили народы рухнувшей империи и рождающегося Советского Союза, которые простили большевикам все допущенные перегибы и более, чем активно поддержали их – кто раньше, кто позже.

Самые распространённые демагогические выступления на тему «подавления» советской властью национальных чаяний мусульманских (да и всех остальных) народов – это искажённая, антинаучная, насквозь буржуазно-двуличная эксплуатация действительно великого и неотъемлемого права. Речь о праве народов на самоопределение вплоть до государственного обособления. Известны многие убедительные высказывания на этот счёт Ленина, Сталина, других большевистских деятелей, а также признанных на Западе учёных. Если для демагогов авторитетом в этой области являются изменники и параноидальные советологи вроде А. Г. Авторханова (с юности поочерёдно побывал в рядах сторонников исламизма, большевизма, гитлеризма и американской «демократии»), то это – их личное дело.