Екатерина выпила до дна и, наклонившись к Константинэ, поцеловала его в лоб.

Константинэ стало так тепло и радостно на душе, что на глаза у него навернулись слезы.

— Хоть я вас и «оштрафовала», но вы не пейте. Вам скоро ехать, — сказала Екатерина, кладя Какубери на плечо руку.

Константинэ не послушался ее совета, налил себе полный рог вина и, поблагодарив Екатерину за ее слова, выпил.

Пауза.

Мысли Какубери: «Конечно, большая Екатерина и по сей день уверена, что это по моему приказу отдел просвещения закрыл школу в Хемагали. Она ведь именно на меня деликатно намекнула, говоря, что, мол, людей без ошибок не бывает, только важно не повторять их. Я, мол, была очень сердита на тебя за допущенную ошибку, но раз ты ее исправил, я тебя прощаю».

— Так как наш гость торопится, — забубнил Гуласпир, — то выпьем сразу и за тех, кто все приготовил для нас, за Дудухан и маленькую Екатерину, и за тамаду.

Большая Екатерина и Александре не согласились, требуя, чтобы за Гуласпира выпили отдельно. Он стал возражать, ссылаясь на свои права тамады и требуя, чтобы его тост был принят. Он было собрался уже выпить, как в спор вмешался Константинэ. Он поддержал Екатерину и Александре, и Гуласпиру пришлось отступить.

Девушек пригласили к столу, похвалили за хорошее угощение и выпили за их здоровье.

Потом Константинэ налил себе вина и встал.

— Разрешите мне первому выпить за нашего тамаду. Я много слышал о Гуласпире Чапичадзе. Правда, ваш гость очень торопится, но пару слов все-таки скажет. Было время, когда Гуласпир распускал всякие слухи и ругал Константинэ Какубери. Я хотел вызвать его в райком и наложить партийное взыскание, но, к сожалению, Гуласпир оказался беспартийным… Сегодня мы с ним встретились, и, должен сказать прямо, ваш Гуласпир мне очень понравился. Понравился тем, что прекрасно знает свое дело. Ему досконально известно, что делается в его родной деревне сейчас и что будет сделано в будущем. Я люблю таких людей…

Константинэ взял в левую руку винный стакан и протянул маленькой Екатерине, чтобы она налила вина.

— Надеюсь, Гуласпир не обидится, я хочу выпить за него и за Ростома Кикнавелидзе вместе.

Все удивились, кроме Гуласпира.

Пауза.

— Да, за Ростома Кикнавелидзе! Мы с Гуласпиром сегодня видели вернувшегося в свою деревню из Итхвиси старика. Он сказал нам, что невестка и внучка не захотели с ним ехать и он вернулся один, и даже добавил, что он сам себе голова… И я видел в его глазах слезы радости. Давайте выпьем за Ростома Кикнавелидзе.

…Константинэ возвращался из Хемагали в хорошем, приподнятом настроении, деревенская дорога казалась ему гладкой, и езда по ней навевала приятные мысли.