– А если нужна мастерица, с которой гарантированно позабудешь Амалию, могу дать телефон весьма интересной особы…

– За кого ты меня принимаешь? – возмутился Запятой.

– Ах да, я тебе его уже давал. – Потапов театрально хлопнул себя по лбу.

А Боря вскочил и забегал по спортзалу, изредка спотыкаясь о гантели.

– Поймите, что это совсем другое! Когда я рядом с Амалией, я испытываю себя… я чувствую себя… я такой… Я – глава семьи, понимаете? Когда мы вместе, Амалия смотрит на меня с уважением. И это не обсуждается! Она мне верит, она меня слушает. Я – старший. Я – альфа!

Мы с Потаповым переглянулись и, как потом выяснилось, задались одним и тем же вопросом: «Как переубедить мужчину, который впервые почуял свободу, потому что в свое время мама с рук на руки передала его жене, что он поступает как идиот?» Амалия повела себя с нашим другом, как собака на сене: украла у него разум, хотя он ей, в общем-то, ни к чему.

– Вы можете что-нибудь посоветовать?

– Стать осторожнее и ждать. – Я дал точно такой же совет, что и Андрюха, однако прозвучал он гораздо мягче. – Дождись хотя бы конца самоизоляции. Присмотрись к Амалии, подумай, что при разводе Лея отберет у тебя все…

– Мне ничего не надо!

– А твоей ненаглядной?

Борис задумался. Кажется, впервые с начала интрижки. И ничего особенного в этом нет: когда речь заходит о деньгах, умные люди быстро приходят в чувство.

– Возможно, ты в чем-то прав… – протянул Запятой. – Самую малость.

– Главное, не делай резких движений.

– Я постараюсь.

– И не сознавайся Лее.

– Я что, идиот?

Находившись по залу, Запятой сел на лавку, почти сразу встал, посмотрел на беговую дорожку, вздохнул:

– Нет у меня настроения тут прыгать, – и ушел не прощаясь.

И не подождав нас.

Что, впрочем, было к лучшему, потому что нам с Андрюхой нужно было кое-что обсудить.