В зоопарке

В зоопарке

Конечно, нехорошо кормить бегемота кирпичами, угощать голодного страуса фольгой от сигарет или швырять камешками в обезьян. Но что делать, если сам голоден, глуп и молод и от нечего делать, пропустив школу, бродишь с такими же лодырями по зоопарку (вход – 10 копеек, мороженое – 15, хачапури – 20). А «ходить на шатало» начали рано, с четвёртого-пятого класса.

– Пошли с химии, ну её…

– Лучше «нб», чем двойка…

– Химичка меня и так на урок не пускает…

– Погода отличная. И рубль есть…

О, зоопарк, прибежище всех лентяев и прогульщиков, оазис безопасности – ни учителей, ни родичей, ни милиционеров (опухший старшина Коция, сидящий у входа в расстёгнутой форменной рубашке, с платком на голове, не в счёт – его не боятся даже зайцы и воробьи). И птица какаду, хоть и похожа на завуча, не внесёт ничего в журнал и не вызовет родителей – такое в её ощипанную головку не придёт. И морж, похожий на школьного сторожа, не начнёт загонять тебя на урок, когда кругом божья благодать: он сам кайфует на солнышке и тебя вполне понимает. А что, чем плохо устроился?.. Ни голода, ни белого медведя, живи в своё удовольствие: пляж, пруд и вольера – чего ещё существу надо?

– Купайся сколько влезет. Кормят-поят… – обсуждали мы моржовую жизнь.

– В школу никто не гонит, мозги не вынимает…

– Кровь не пьёт, в душе не копается, по карманам не шарит…

И мы шли дальше. В боковой аллее, в двухэтажном домике, бегала семья волков. На углу проживала одинокая лиса с лисёнком, причём лиса была чёрно-бурая, а лисёнок – ярко-жёлтый.

– Это она с леопардом поженилась, с тех пор такая грустная, – шутит смотритель Валико про лису (сам худ, жилист и облезл, как чучело медведя в музее при зоопарке). – Видите, какая грустная?.. Это она леопарда вспоминает. Один раз поженилась – а всю жизнь вспоминает. А леопард вон там, за урнами, сидит, тоже про лису день-ночь думает.

– Как это с леопардом поженилась? – удивлялись мы. – Это же лиса, а это леопард?

– А вот так! – Валико на пальцах показывает, как они поженились.

– Это же разные породы, разве они могут… оплодотворяться? – спрашивает какой-нибудь спец по тычинкам и пестикам.

– Ещё как могут! – смеялся Валико и крутил тыквообразной головой. – Ну и что? Лиса на севере живёт, леопард – на юге, но если встретятся – обязательно поженятся… А не даст – леопард её сожрет! – сурово итожил Валико. – А сейчас он грустный – видите? Скучает!

И правда – жёлтый леопард сидит в явно малой для него клетке, зол и насуплен, о чём-то тяжело думает.

Иногда смотрителя Валико сопровождала наглая, кривая на один глаз дворняжка по имени Водка, которая лаяла на всех зверей и была их царём – в зоопарке, за решёткой, и лев не страшен. Правда, циррозный тигр Бадри, живущий в вольере с избушкой, когда-то выковырял ей глаз, но она и одним всё отлично видела: важно ходила меж клеток и беспрестанно мочилась на них, не обращая внимания на протесты льва, шипение енотов или жалобы брезгливой пантеры.