— Так ты всю книгу прочитала? — изумился Джон Вулф.

— Госспди! — взвизгнула Джилси. — Можно подумать, это его изнасиловали, ведь он все говорит, говорит об этом и никак говорить не перестанет! На мой-то взгляд, — продолжала она, — это точно на мужиков похоже: сперва до полусмерти изнасилуют, а через минуту начинают с ума сходить и поднимать шум из-за того, кому ты все это даешь по доброй воле! Хотя не их это собачье дело — что так, что этак, правда?

— Ну, я не уверен… — сказал Джон Вулф, совершенно ошалев и продолжая сидеть как истукан. — Значит, тебе книга не понравилась?

— Понравилась? — Джилси даже поперхнулась. — Госспди! Что же в ней может понравиться-то?

— Но ведь ты ее прочитала! — сказал Джон Вулф. — Почему же ты ее прочитала до самого конца?

— Госспди! — сказала Джилси так нетерпеливо, словно ей было жаль его, недоумка. — Вот мне иногда даже интересно знать, а вы хоть что-нибудь понимаете в тех книгах, которые тут делаете? — Она покачала головой. — Мне иногда очень даже интересно: почему это вы делаете книги, а я уборные чищу? Только я лучше буду уборные чистить, чем ваши книжки читать! — заявила Джилси. — Разве что некоторые… Нет уж, госспди!

— Но если эта книга показалась тебе такой отвратительной, зачем же ты ее читала, Джилси? — снова спросил Джон Вулф.

— Ну, я только по одной причине книжку могу до конца дочитать, — сказала Джилси. — Когда узнать хочется, что же там дальше было.

Джон Вулф так и уставился на нее.

— Но в большей части ваших книг так ничего и не случается, — продолжала Джилси. — Госспди! Уж вам ли не знать! А в некоторых и вовсе сразу догадываешься, что должно случиться, так что их и читать не к чему. Но эта книга, — сказала Джилси, — эта книга такая мерзкая, что сразу понимаешь, что-то непременно должно случиться, но даже и представить себе не можешь, что именно! Наверное, нужно самому быть таким же мерзким, тогда сразу догадаешься, что случится в этой книге.