Перед Олегом, формально, имелось несколько вариантов развития событий. Он мог бы оставить все как есть, и никто бы ему ничего не сказал. Даже жена или Доброслава, успевшие его догнать. Побурчали бы лишь немного на дикарские обычаи индусов, да порадовались тому, что в этой стране они лишь гости. Вот только в таком случае чародей бы перестал быть собой, став на одну ступеньку с теми уроженцами данного мира, которые принимали его жестокость как данность. Пинок под зад любителю древних красивых обычаев, догонять которого отправились бы его клевреты, на бегу пересчитывая выбитые зубы сломанными руками, спас бы этих двух женщин…Но не их товарок по несчастью, а ведь такие в Новом Ричмонде и его окрестностях раньше были и еще могут быть в будущем, если кто-то не примет самые решительные меры. А еще оставался третий вариант развития событий — сделать то, чего Олег сейчас искреннее хотел. Подать знак любителям обрывать чужие жизни во имя собственного эго и выгоды, яркий, как пламя маяка в ночи. Он, правда, сулил в будущем множество дополнительных проблем и трудностей…Но проблем и трудностей чародей давно уже приучил себя не бояться.

— Честь значит это большая, да? — Криво ухмыльнулся Олег, а после шагнул к костру, пламя которого вновь ярко вспыхнуло. Только, разумеется, кресла с примотанной женщиной на его верхушке больше не было. А вторую вдову к предназначенной для неё мебели так и не сумели привязать, поскольку брахман с дубинкой неожиданно оглушил сам себя. Ну, просто рука у него не туда дернулась…И немного сломалась в трех местах. — Ладно, честь так честь…Надо же усопшего обеспечить хорошей компанией… Но разве не веселее ему будет, если вместе с ним вместо этих женщин окажутся его лучшие друзья?! Я даже вас провожу…

Пламя не могло повредить опытному пироманту, взбирающемуся на самую вершину пирамиды из дров. Зато оно отлично убирало слезы, высушивая их сразу после стекания из глаз. И жалко Олегу было не тех моральных уродов, которых он сейчас силой мысли тащил следом за собой в огонь. И даже не собственной репутации, что теперь сильно подпортится и перед остальными подчиненными, и перед потенциальными новобранцами, и перед местными жрецами вроде того, кто уже цепляется за траву и чего-то испуганно верещит, двигаясь ногами вперед… Жалко ему было собственных светлых и прекрасных, но таких наивных планов по изменению жизни общества, погрязшего в дикости, варварстве и жестокости. Ну и немного себя, который в то же самое дерьмо вынужденно окунулся с головой, и уж точно никак не мог остаться чистеньким. А в будущем нырнет еще глубже. И не раз. Обязательно. Только разберется сначала с тем, куда и как ему в этой субстанции надлежит двигаться, дабы мир хоть немного лучше стал. Ибо одной только раздачей оружия населению, очевидно, добиться желаемых результатов не удастся. Меры придется принимать более сложные. И серьезные. А еще жесткие и даже жестокие, если без этого будет не обойтись.