– Я считаю, что у вас удивительная семья, миссис Уайток, – сказала Люси Синклер. – Мы с мужем восхищаемся ею безмерно.

– Да, они у меня бойкие ребята, – вздохнула Аделина. – Николас пошел в мою семью. Эрнест и малыш – типичные Уайтоки. А вот Гасси не похожа ни на кого, кроме причудливой самой себя.

В это самое время Гасси, оставшись одна в каюте, заперла дверь, открыла чемодан и вытащила подзорную трубу. Это был подарок Бланчфлауэра прямо перед отплытием. Она рассказала ему, как потеряла свою трубу, – рассказала без стеснения и без всяких намеков. И тогда он поведал ей, что перед его отъездом из Англии дядя подарил ему подзорную трубу – полузабытая, она лежала на полке в гардеробе без дела и без внимания. И не примет ли Гасси ее, спросил он, в качестве прощального подарка, как небольшой знак его к ней расположения. Она скромно приняла подарок, но решительно скрыла его от семьи. Это было ее бесценное сокровище.

Теперь же, достав трубу из чемодана и смахнув с нее пыль огромным шелковым платком, по праву принадлежавшим ее отцу и пахнувшим его сигарами, она подошла к открытому иллюминатору и поднесла ее к глазу.

В дверь каюты громко постучали. Это был Николас.

– Гасси… выходи! Напоследок на Канаду посмотришь. Миссис Синклер умоляет тебя выйти.

– Не думаю, что имею желание выходить.

– Папа приказывает тебе выйти! И знаешь, Синклерам ничего не сказали. Давай, приходи.

Без дальнейших колебаний Гасси, ощутив прилив храбрости, с подзорной трубой в руках последовала за Николасом наверх, на палубу. На море немного штормило. Поднимался и опускался смутный каменистый берег. Между берегом и морем летали темные безумные чайки.

– Начинается качка, – сказал Кертис Синклер и встал рядом с Гасси.

– Я вам завидую, – произнес он со своим южным акцентом.

Она не поверила своим ушам.

– Но… почему? – еле слышным низким голосом спросила девочка.

– Потому что вы в первый раз в жизни плывете в Англию и у вас есть подзорная труба, – улыбнулся он.

Она предложила ему взглянуть, но он отказался.

– Нет, мисс Гасси, лучше я понаблюдаю, как в нее глядите вы. Если не возражаете, меня восхищает эта картина. – Он отошел чуть поодаль и наблюдал оттуда.

Сильный свежий ветер сдувал волосы с лица Гасси. Она поднесла трубу к глазу, обращая взор в будущее, а не на удаляющийся берег. Весь остаток путешествия она выглядела мечтательной и какой-то отстраненной.

Аделина и Филипп были рады снова попасть в компанию Синклеров. Оказалось, что они направлялись в один и тот же отель в Лондоне. Синклеры были полны жизни и, видимо, вполне состоятельны.