И в прошлом 204‐м году,
И оставлены город строить. И, вшед в город 205‐го году августа 6‐го числа, все мест[о] азовское розчистив, и по наряду город земляной новой и р[ов] делали, и в совершенстве учинили, а работали денно и нощно во весь год пресовершенною трудностью. И по твоему, великого государя, указу июня 24 число мы, холопи твои, из Азова выведены, и сказано нам итить к Москве. И по вестям были [мы], холопи твои, в Змеове, в Ызюме, в Цареве Барисове, на Моя[цком] в самой последней скудости и нужде. И по твоему, великого государя, указу ис тех мест[1176] в нынешнем 206‐м год[у] сентября 21 число велено нам, холопем твоим, итить [на твою ж], великого государя, службу в полк к боярину и воеводе ко князю [Ми]хаилу Григорьевичю Рамодановскому в Пустую Ржеву, в За[во]лочье, не займая Москвы[1177].
И мы, холопи[1178] твои, радея тебе, ве[ликому] государю, в тот полк шли денно и нощно в самую последнюю нужду осенним путем и пришли чють живы. И, будучи на полском рубеже, в зимнее время в лесу в самых нужных местех, мразом[1179] и всякими нуждами утеснены, служили, надеяся на твою, великого государя, милость. И июня 2‐го числа по твоем[у], великого государя, указу велено все полки Новгороцкого розряду роспустить. А боярин и воевода князь Михаила Григорьевич Рамодановской нас, холопей твоих, вывед по полкам ис Таропца, велел рубить, а за что, того мы, холопи твои, не вед[аем][1180].
Да мы же, холопи твои, слыша, что в Московском государстве чинитца великое строхование, и от того городы затворя[ют рано], а отворяют часу в другом или в 3‐м, и всему мо[сковскому] народу чинитца наглость[1181]. Да нам же слышна, что идут к Москве немцы[1182]. И то, знатно, последуя брадобритию и табаку, всесовершенное благочестию испровержение. Аминь!