– Может быть, нам стоит остановиться? – предложила она. – Скажи Трине, чтобы она остановилась.
– Тебе легко говорить, – возразил второй. – А я за это отвечаю. Что, если мы не сможем выставить счет?
Я закашлялась.
– А ЧТО, ЕСЛИ Я ПОДАМ в СУД?
Я вышла из машины скорой помощи меньше, чем через двадцать пять секунд. Тим вылез из кабины водителя со смущением и сочувствием в глазах. На секунду мне очень хотелось накричать на него – зачем ему было вызывать скорую помощь? Разве он не понимал, что может сделать Джессика? Может быть, уже сделала? Но потом на моих глазах появились слезы, и я осознала, что он, должно быть, испугался, увидев меня лежащей там, где я рухнула, не зная, сколько раз я отключала свой мозг перед лицом парализующего страха.
– Прости, Тим, – сказала я, когда он стоял со мной у обочины, а машина скорой помощи отъезжала от нас. В этот момент я поняла, что не очень часто извиняюсь. Слишком тяжело признавать, что я подвела других, подвела себя. Теперь я могла только молиться, чтобы у меня был шанс извиниться перед Джессикой. – Я не могу валяться в наркотическом тумане, пока Джессика где-то там.
Он кивнул.
– Полностью тебя понимаю, – заверил он, и я видела по его глазам, что это была правда. – Я не знаю, просыпалась ли ты раньше, но Мия тоже была там. У нее твой телефон, она звонит твоей сестре. Она думала, что, возможно, поняла, где она может быть, пожарная команда тоже приехала. Я спросил их, могут ли они остановить подъемники, они связались с полицией и горным патрулем, подъемники закрыли за считаные минуты. Сейчас там много людей, которые ищут ее.
– Что хорошего в остановке подъемников, если она уже там! – Я заплакала, почувствовав, как тяжесть безнадежности набросила на меня свое грузное одеяло, умоляя меня сдаться, перестать пытаться что-то изменить. Я отказалась. Я снова начала хрипеть, почувствовав, как у меня снова сжимается грудь. Я знала, что могу снова погрузиться во тьму, но мне было все равно.
Тим положил руку мне на плечо.
– Я знаю, ты волнуешься, – вот и все, что он сказал. – Но ты уверена, что тебе не лучше было бы обратиться за медицинской помощью прямо сейчас?
Я целеустремленно вдохнула.
– Может быть, Тим. Но Джессика-то этого не сделала. Мы должны сделать для нее все, что в наших силах, пока не стало слишком поздно.
– Хорошо, – ответил он, и даже несмотря на всю мою панику, какая-то маленькая клеточка моего мозга отметила: