А потом те же самые извинения папа приносил уже Бет. Он просит прощения, он любит ее, но он ничего не смог с собой поделать и, если только она позволит ему… Нет. Нет, Бет никогда не станет отмалчиваться по поводу поведения Билли. Возможно, Эмили и вела отсчет с того момента, как Билли завязал с веществами, но Бет начала отсчитывать время с тех пор, как Билли впервые ударил ее сестру, и ждала, когда это случится снова.

И все же правда состояла в том, что ничего такого больше не случалось. Казалось, что Билли взял себя в руки. Бет не обязана была прощать Билли и не должна была забывать то, что случилось, но ей придется сделать вид, что она все же это сделала, иначе она оттолкнет Эмили и не сможет быть частью ее жизни. Если так и будет, у нее не получится быть хорошей старшей сестрой и за всем присматривать. И поэтому почти сразу после того, как последние слова про удар сорвались с губ Бет, она дала задний ход и стала извиняться.

– Ой, черт. Прости, милая. (Никакого раскаяния она не чувствовала.) Мне жаль, я не хотела этого говорить. (Хотела.) Мне не стоило так делать. Я несправедлива к нему. (Да нет, кажется, вполне справедлива.)

Она затаила дыхание, ожидая, что Эмили наорет на нее, но сестра молчала. Бет почувствовала облегчение. Слово не воробей, так что она предпочла высказать свое мнение, а затем солгать, что сделала это не специально.

– Да. Несправедлива, – сказала Эмили.

– Прости.

Но все же это было честно, он ведь ударил ее.

Эмили громко вздохнула, а затем спросила:

– Как дела у девочек? Я даже не поинтересовалась. Была слишком занята жалобами на жизнь в этом чудно́м особняке и на то, что мне нечем заняться.

– Тебе есть чем заняться. Тебе предстоит придумать сотню способов, с помощью которых твои персонажи могли бы заняться сексом, – Бет не услышала смеха Эмили, но даже через трубку почувствовала, как напряжение, витавшее в воздухе, спало. – У девочек все хорошо, хотя погода здесь совсем дерьмовая, и мы засели дома. Всю неделю шел дождь, а легкие, теплые майские дождички весной – это одно, и все совсем по-другому, когда День благодарения не за горами. В последний раз, когда я заглядывала к девочкам, они играли в какую-то усложненную версию школы на двухъярусной кровати. Хочешь с ними поболтать?

– Разумеется, – сказала Эмили.

Бет поставила звонок на громкую связь и тут же начала говорить громче.

– Сможешь объяснить им, почему не приедешь на День благодарения?

– Во-первых, – раздался из колонки жесткий тонкий голос Эмили, – если я поеду на День благодарения куда-то еще, кроме как к Мардж, она убьет меня. А во-вторых, вы же и так приедете сюда на Рождество. Будет весело. Уверена, Уиски Ран в снегу будет выглядеть волшебно, весь особняк окажется в нашем распоряжении, и Нелли…