Но была и еще одна проблема: даже если ей каким-то образом удастся объяснить Бет, почему она уехала, сестра решит, что Эмили спятила.

Она могла себе представить этот разговор: «Она все время следит за мной. – Но это же компьютер, верно? Она не живая. – И мне кажется, что она ревнует. – Эмили, это компьютерная программа. – Ты не понимаешь, она настоящая. Ее можно почувствовать. Мне кажется, она хочет вселиться в меня. Я боюсь однажды проснуться и обнаружить, что навсегда застряла в этой ловушке. – Так что, по-твоему, это дом с привидениями? И ты подумала, что будет хорошей идеей пригласить туда всю нашу семью на Рождество?»

М-да… Эмили подумала, что этот разговор прошел бы гладко, если бы Бет с Ротко и детьми провели пару дней в особняке Игл. Может, тогда Бет сумеет ее понять, но объяснить, каково это, словами было невозможно. Бет не почувствует тот странный зуд, который испытывала Эмили, и не осознает, почему мысль о возвращении в Уиски Ран вызывает у сестры приступ паники. В итоге, как бы ни чувствовала себя Эмили, ей придется вернуться, и другого выхода нет. Так что, проведя три ночи в пятизвездочном отеле от щедрот мистера Игла, или всего лишь Венди, Эмили погрузила рождественские подарки в «хонду» и вернулась в Уиски Ран.

И как только она вошла в особняк, то поняла, что все стало еще хуже. Нелли словно знала, что Эмили подумывала о бегстве. Она как будто смогла заглянуть ей в душу, смогла прочесть ее мысли, смогла…

Думаю, девочкам понравятся подарки.

– Я тоже так считаю, – отозвалась Эмили. Она судорожно сглотнула. Голос Нелли казался… натянутым? Эмили изо всех сил старалась вести себя легко и непринужденно. – Вот только я не знала, что купить Ротко. Невозможно выбрать для него подарок, ведь он будет радоваться чему угодно.

С бутылкой хорошего скотча вряд ли можно попасть впросак. ГЛАВНОЕ, СПРЯТАТЬ ЕЕ ОТ БИЛЛИ.

– Что?

Эмили упаковывала подарки на кухонном столе. До Рождества оставалась еще неделя, до приезда сестры – четыре дня, но пока Эмили не было, кто-то из работников Шона принес в Гнездо новогоднюю ель, украсил ее и повесил на стену чулки для каждого их них, на которых было аккуратно вышито: Билли, Эмили, Бет, Ротко, Рут, Роуз, Венди, Шон.

С бутылкой хорошего скотча вряд ли можно попасть впросак. Ротко понравится.

– А. Ага, – сказала она. Эмили опустила глаза на свои руки. Она была уверена, что слышала это. Слышала ведь? У нее затряслись руки. Эмили заставила себя успокоиться и снова начала запаковывать подарки.

Ты нервничаешь?

– С чего бы мне нервничать?

Эмили обернула коробку бумагой. Это были новые часы для Билли. Приятно ходить по магазинам, не слишком волнуясь о деньгах. Шон продолжал платить Билли зарплату: деньги за сентябрь, октябрь, ноябрь и декабрь потихоньку копились на их банковском счете. Однако она понимала, что это, возможно, не будет продолжаться вечно. Билли был уверен, что сможет запустить Нелли и они разбогатеют, но Эмили все равно нервничала, поэтому, когда ей позвонил личный шоп-ассистент Шона и предложил помощь, она согласилась принять ее, только чтобы купить подарок для Билли. Остальным Эмили постаралась подобрать подарки в пределах ста долларов на человека. Ротко она купила скотч, своей сестре и Венди – по шарфу с ручной набойкой, а Шону – винтажную футболку с Guns N’ Roses, от которой, как она знала, он придет в восторг. Рут и Роуз получат книжки, плюшевые игрушки, принадлежности для рисования и наборы перчаток и шапок в виде скунсов.