У меня так и чесались руки назвать его бессердечным монстром, но, вступая с ним в конфронтацию, я могу выглядеть слабой. Покажу ему, как сильно переживаю. Как сильно он меня ранил. А я обещала себе, что никогда больше не позволю себе быть такой уязвимой после папы. Я пережила ад намного хуже, чем капитан баскетбольной команды, который переспал со мной, а потом вернулся к своей бывшей.

Кого волнует, что он признался мне в любви, как в сцене, достойной романтического фильма?

Я в порядке.

Правда.

Мне все равно.

Я уже говорила, что я в порядке?

– Ви, открой дверь. У меня руки заняты, – просит Диа из-за двери моей спальни, и я вытаскиваю себя из кровати, чтобы впустить ее.

Улыбающаяся Диа стоит в дверном проеме, сжимая в руках гору вредных закусок. Она настояла, чтобы мы устроили пижамную вечеринку после сегодняшнего баскетбольного матча, более чем охотно пропустив вечеринку у Тео.

Перевод: она беспокоится обо мне.

– Это было быстро, – я слегка хихикаю, когда мы плюхаемся на мою кровать. – Ты что, прилетела сюда?

– Пришла, как только игра закончилась, – Диа смеется, выхватывая из кучи пакет Jolly Ranchers и разрывая его. Я вздрагиваю от ее вкуса или выбора.

Вишня.

Лучше бы ты не портил мне Jolly Ranchers, козел.

Диа прислоняет голову к декоративной подушке на моей кровати и вздыхает.

– Игра была гребаной катастрофой. Подонок Ксав весь первый тайм играл как дерьмо.

Я ухмыляюсь ее новому прозвищу для него. Люблю солидарность лучших друзей.

– Нет, знаешь что? Сказать, что он играл как дерьмо, было бы оскорблением для дерьма. Я не знаю, что, черт возьми, с ним было. Хорошо, что Финн пришел на помощь. Он вытянул на себе эту игру.