Позволить им разорвать тебя на части.

Показать тебе, каково это.

– Выкусите, идиоты. Он даже не из Истона, – лгу я.

Плечи Ксавье опускаются с облегчением.

– Он старше. Работает в библиотеке по выходным. Вот так мы и познакомились. Хотя я ценю, что вы, тупицы, ломаете голову, пытаясь это выяснить. Вы зря тратите время. Вы никогда не узнаете, кто такой Зак. А теперь, пожалуйста, может, мы, черт возьми, будем жить дальше? – Я смотрю Ксавье прямо в глаза, обращаясь к нему и только к нему, когда забираю назад свое сердце: – Я точно собираюсь.

Я в мгновение ока спрыгиваю со стула. Подняв свой бокал, наполненный до краев, я ухожу, сохраняя остатки достоинства. К тому времени, как я добираюсь до Ксавье, он пристыженно смотрит себе под ноги. Я усмехаюсь себе под нос, стараясь задеть локтем его руку, когда пробираюсь сквозь толпу.

– Ви! – зовет Диа, но я не останавливаюсь, пока не запираюсь в ванной Тео. Из моих легких выходит весь воздух, который там был, когда моя спина с глухим стуком ударяется о закрытую дверь.

Я только что сделала это.

Я рассказала всем.

Я вернула себе власть.

Так почему я плачу?

Может, это выпивка усугубляет мои эмоции. Может быть, это последнее напоминание моего разбитого сердца о своем существовании, но я остаюсь там на тридцать минут, выплакивая Ксавье Эмери из своего организма. Подставляю кулак, испачканный кровью Бри, под ледяную воду, чтобы смягчить боль в костяшках пальцев.

Оказывается, бить кого-то чертовски больно. …

К тому времени, как я, пошатываясь, выхожу из ванной, музыка возвращается и звучит громче, чем когда-либо. Я чувствую, как мой телефон гудит от сообщений от Дии, но я слишком далеко зашла, чтобы отвечать.

– Простите, – невнятно произношу я, когда сталкиваюсь с кем-то по пути к выходу.

В ответ незнакомец разражается глубоким смехом.