В истории русской словесности особенно крупную роль сыграла обширная работа Стасова о происхождении русских былин (1886).

В то время в изучении древнего русского эпоса царили народническая сентиментальность или мистические и аллегорические толкования. Считалось, что былины представляют собою самобытное национальное произведение, хранилище древних народных преданий.

Стасов восстал против господствующих взглядов и выступил с новой теорией, стремясь доказать, что русские былины представляют собою пересказ восточных (главным образом монгольских и тюркских) эпических произведений и что время заимствования их довольно позднее, скорее всего, эпоха татарского господства над Русью.

Выступление Стасова произвело большой шум в ученом мире. На Стасова со всех сторон посыпались возражения и нападки.

Когда страсти улеглись, стали выясняться положительные стороны труда Стасова. Взгляды его способствовали устранению мифологических, сентиментальных и аллегорических теорий и взглядов и вызвали пересмотр всех прежних толкований русского эпоса.

Некоторые утверждения Стасова были подтверждены последующими исследователями.

Мысль о восточном происхождении некоторых русских былин была вновь высказана Г. Н. Потаниным (1835–1920) и разработана В. Ф. Миллером (1848–1913).

А. А. Спицын (1858–1931)

А. А. Спицын (1858–1931)

Александр Андреевич Спицын окончил Петербургский университет.

Интерес к археологии обнаружился у Спицына еще в университете, отчасти под влиянием Бестужева-Рюмина. Спицын был родом из Вятки, куда он по семейным обстоятельствам вернулся по окончании университета. Там он напечатал свою кандидатскую работу – диссертацию «Каталог древностей Вятского края». Работа была сочувственно отмечена графом А. С. Уваровым.

Поездки и раскопки были тогда для Спицына невозможны по материальным обстоятельствам, и он ушел в местную историю и преподавательскую деятельность.

Тем не менее он сумел подготовиться к VII археологическому съезду и издал в 1886 году «Программу для собирания сведений по древностям Вятской губернии». На Спицына обратила внимание графиня П. С. Уварова (вдова графа А. С. Уварова) и немедленно назначила ему сумму на поездки по Вятскому краю. Таким образом, VII археологический съезд (собравшийся в Ярославле в 1887 году) вывел Спицына на научную дорогу.

В 1892 году он был выбран членом Археологической комиссии.

Спицын отличался исключительной работоспособностью. Его школа может быть названа эмпирической. «Он не писал крупных монографий, разрешавших коренные вопросы русской археологии, – говорит его ученик В. В. Саханев, – но он делал больше: обрабатывая, систематизируя и публикуя материал, датируя его и связывая с определенными народностями, он подготовлял возможность научного построения русской археологии».