Смоленская и Галицко-Волынская земли продолжали развиваться в рамках старой политической структуры без дробления на удельные княжества с отдельными, выделившимися из правившей в земле княжеской ветви династиями. Оба княжества, понесшие значительный урон в междоусобной борьбе накануне нашествия, оказались в невыгодном политико-географическом положении: Смоленская земля между Северо-Восточной Русью и усилившимся Литовским раннефеодальным государством (не считая Орды, с которой она непосредственно не граничила, но от которой зависела), Галицко-Волынская между Ордой, Литвой, Польшей и Венгрией. В результате оба княжества после длительной борьбы перешли под иноземную власть.
В Черниговской и Владимиро-Суздальской землях старая политическая структура быстро (уже во второй половине XIII в.) прекратила существование. Здесь сформировалось несколько княжеств, каждое под управлением определенной династии («субветви»), выделившейся из правившей в земле княжеской ветви. В условиях, когда для занятия стола (не только главного в земле, но и удельных) стала необходима ханская санкция, князья предпочитали сохранять и передавать по наследству уделы, чем стремиться к более престижным княжениям, оставляя прежние (как это бывало в домонгольский период). В Черниговской и Суздальской землях данный фактор, очевидно, действовал сильнее, чем в Галицко-Волынской и Смоленской (более удаленных от владений Орды), и в силу этого именно здесь произошло выделение передаваемых по наследству княжеств. Главный стол в Черниговской земле и Северо-Восточной Руси стал занимать князь одною из таких княжеств (сохраняя за собой удельное княжение). Но судьбы Черниговского и Владимиро-Суздальского княжеств оказались различны. В Черниговской земле, ослабевшей перед Батыевым нашествием, подвергнувшейся сильному разорению со стороны Орды, а с XIV в. находившейся под натиском Литвы, столичное княжество не закрепилось за представителями одной субветви; титул черниговского князя стал в XIV столетии фактически номинальным.
Северо-Восточная Русь накануне нашествия оказалась в более выгодной политической ситуации. Ее князья почти не участвовали в ожесточенной борьбе за Киев и Галич 30-х годов XIII века, им удалось закрепить за собой сюзеренитет над соседней Новгородской землей. После нашествия великие князья владимирские стали признаваться Ордой «старейшими» на Руси: в результате этого статус общерусской столицы постепенно перешел от Киева к Владимиру (окончательно, по-видимому, в конце XIII — начале XIV века, после переселения из Киева во Владимир митрополита и принятия владимирским князем титула «великого князя всея Руси»). Наконец, «литовский фактор» мало действовал на Северо-Восточную Русь до второй половины XIV столетия. В результате деление Владимиро-Суздальской земли на уделы во главе с княжескими субветвями и «столичное» княжество дало иные результаты, чем на Черниговщине. Принцип старейшинства в ветви при занятии главного стола в начале XIV в. перестал действовать, а во второй половине этого столетия великое княжение владимирское окончательно закрепилось за представителями московской субветви потомков Всеволода Большое Гнездо.