Kleiner Perkins решила усовершенствовать модель венчурного бизнеса, превратить его в нечто, отличное от традиционной финансовой деятельности, а также от традиционных исследований и разработок. Это означало непосредственное участие во всем — от управления и разработки стратегий до доводки технологий и поиска талантов. Такая модель стала общей для венчурного бизнеса. В отдельных случаях она включала концептуализацию потребностей и технологий для удовлетворения этих потребностей, а затем поиск технологов и предпринимателей для воплощения идей в жизнь. Весь процесс был сконцентрирован на ускорении выхода на рынок. Верный способ получить отказ в венчурном финансировании тогда заключался в представлении бизнеса стартапа как «научный эксперимент». С тех пор ничего не изменилось. Венчурные капиталисты, по их словам, «отслеживают происходящее в университетских лабораториях», однако они как можно дальше обходят то, что кажется научным экспериментом. Именно в этом заключается главное различие между венчурным капиталом и собственно исследованиями и разработками, где важен именно эксперимент [584].
Genetech, Apple Computer, Adobe, Google, eBay, YouTube, Facebook — все эти компании вышли из Кремниевой долины, наряду со многими другими, которые, может быть, не столь известны, но технологии которых значат очень много для современного мира.
КРЕСТ НА КАРЬЕРЕ
Однако долгие годы энергетика не представляла особого интереса для венчурного капитала. Ею занимались Bell Labs и другие крупные лаборатории известных компаний, национальные лаборатории, исследовательские институты и университеты, но только не венчурные капиталисты.
Одним из немногих исключений была Нэнси Флойд. Она создала первую венчурную фирму, специализирующуюся исключительно на энергетике. Она также участвовала в создании телекоммуникационной компании, которая позже была продана IBM. «Я увидела, какую роль может сыграть технология в разрушении регулируемой отрасли», — вспоминала Флойд.
В 1994 г. Флойд решила создать свою венчурную фирму Nth Power, чтобы воспользоваться возможностями дерегулирования электроэнергетической отрасли. Однако ни ее, ни Nth Power никто не ждал. Три года она провела в разъездах, встречаясь с инвесторами по всему миру, как оказалось, совершенно незаинтересованными инвесторами. Поскольку ее средства подошли к концу, Флойд стала останавливаться в гостиницах, где за ночь брали $39, что давалось ей непросто, ведь, по ее словам, «она не девчонка, привыкшая останавливаться в номерах по $39 за ночь».
Но она по-прежнему демонстрировала то, что позднее назвала «общим качеством всех успешных предпринимателей», — упорство, и в 1997 г. ей наконец удалось привлечь средства нескольких инвесторов. Легче от этого, правда, не стало. Первые несколько лет напоминали сизифов труд[585].