Ирина Полянская Читающая вода

Ирина Полянская

Читающая вода

В НАСТОЯЩЕМ ВРЕМЕНИ

В НАСТОЯЩЕМ ВРЕМЕНИ

Сегодня часто приходится слышать: «Книг море, а почитать нечего». Взыскательный читатель, обладающий вкусом и умом, при обилии новинок и правда сидит на голодном пайке. Издательская реклама то и дело обманывает, заставляет «тянуть пустышку». По счастью, книга, которую вы, читатель, сейчас держите в руках, — именно то, что вы давно хотели прочесть.

Рынок на то и рынок, чтобы побуждать нас с вами быть расточительными: выбрасывать не только деньги на распиаренный ширпотреб, но и то подлинное, что не является информационным поводом сегодняшнего дня. Проза Ирины Полянской — подлинна. Она обладает собственной памятью, собственным ДНК — поэтому она не выдыхается, даже если ее какое-то время не перечитывают, живя сама по себе, независимо от того, говорят про нее или не говорят.

Нам сегодня странен описанный Полянской мир без «Макдоналдсов», мобильных телефонов и всяких «олбанских» интернет-языков. Обратите внимание, как средний литератор, обладающий здоровым рыночным инстинктом, напихивает в свой текст реалии сиюминутного, чтобы вызвать у читателя эффект узнавания. В прозе Ирины Полянской узнавание возникает совсем по другим причинам. Там вещественные, тактильные приметы времени существуют не сами по себе, они растворены в сознании героя и художественном видении автора. Этот крепчайшей силы раствор только и может уберечь реальность от небытия.

Предисловие к прозе Ирины Полянской не может не быть для меня глубоко личным. Ира была мне другом. Она была красива безусловной женской красотой, которую и тяжелая болезнь не могла стереть. Ира ушла из жизни в том золотом, плодотворном возрасте, когда прозаик, созрев и осознав себя, только приступает к своим главным трудам.

В дальнейшем я буду говорить об Ирине Полянской в настоящем времени. Проза ее живет и цветет, и уход автора из жизни ничего в этом не меняет.

Итак, роман «Читающая вода». Он построен на загадке — разумеется, более значимой и глубокой, нежели арифметическая задачка детектива. Главный герой — зубр советского кинематографа, наснимавший много заурядных картин про колхозы и райкомы. Однако его, Викентия Петровича, лекции обнаруживают совершенно иное мышление: нетривиальное и саркастическое. Про этого стареющего советского барина существует легенда, будто в молодости он снял гениальную ленту — фильм-оперу «Борис Годунов». Партию Марины Мнишек в фильме исполнила знаменитая певица Анастасия Георгиева, впоследствии репрессированная. Согласно легенде, этот «Борис Годунов» оказался таким, что сталинская цензура не просто отправила его пылиться на полку, но смыла — то есть совершила нечто запредельное, чего не удостоились мятежные картины куда более известных мастеров. Концы этой истории буквально ушли в воду. Так было или не было? И как удавалось режиссеру столько лет скрывать свою гениальность, уживаться с ней, подавленной, — что представляла собой его жизнь на этих антикультурных условиях?