Солдаты дружно забормотали, что не надо орать, мол, они ничего не видели, а их немецкие земляки поспешно ретировались к машине.

— Начальник, не шуми, мы уже уезжаем, — примирительно заявил мускулистый предводитель диаспоры, типичного бандитского обличия. — Мы тут не причём, у нас свои дела…

Эдик на всякий случай записал номер отъезжающего автомобиля. Он уже не ожидал от поисков ничего хорошего и начал отчаиваться, ведь прошло три часа, куда можно такой крохе запропаститься? Куда уйти?

«Точно — выкрали! Предупреждали же о провокациях, а я не верил и только посмеивался», — укорял себя Эдуард, он уже был на грани нервного срыва.

Громобоев поспешил на главное КПП, чтобы сбегать в автопарк и на старое русское военное кладбище. Навстречу ему торопливой походкой шёл Странко.

— Как ты потерял дочь, болван? — набросился на него майор. У них с Валентиной детей не было и за два месяца зампотех довольно крепко привязался к Ксюхе, постоянно баловал её мороженым, шоколадом, конфетами и игрушками.

— Я наряд инструктировал, — взвизгнул фальцетом Эдик.

— Осёл! Тебе больше всех надо? Службист хренов! Для этого есть ротные и начальник штаба! Где она может быть? Соображай!

Громобоев в сердцах швырнул фуражку о землю.

— Ума не приложу! Всё обыскали! Высеку, на жопу месяц не сядет!

Зампотех отвесил Эдуарду лёгкий подзатыльник:

— Моли бога, чтоб жива была, а то болтаешь — высеку, выпорю!

В это момент ворота КПП распахнулись, и на территорию части въехал, гудя пронзительной сиреной зелёно-белый полицейский «Опель».

— Ну, на конец-то додумались наши командиры полицию вызвать! — обрадовался Странко. — Надо будет им фотографию Ксении дать для розыска! Её фото у тебя с собой есть?

— Нет, но я сбегаю домой если что.

Приятели поспешили наперерез автомобилю и едва не попали под колёса. Машина резко затормозила, и из неё вышло два сурового вида офицера полиции.

— Гутен таг! — поприветствовал немцев Странко. — Кляйне киндер! Чилдрен! Гёрл! Девочка пропала! Шоб вы вмэрли со своим объединением, — затараторил майор на нескольких языках.

В этот момент один полицейский распахнул заднюю дверцу машины и из неё выпорхнула Ксюха, довольная собой и поездкой на красивом автомобиле с сиреной, весёлая как ни в чём ни бывало. Громобоев мгновенно подскочил к ней, подхватил на руки, вначале поцеловал в нос, а потом перегнул через колено и от души врезал по тощей заднице ладошкой.

Полицейские от неожиданности замерли, широко разинув рты.

— Ты что делаешь, — возмутился Странко. — Не бей ребёнка! Хочешь, чтобы тебя привлекли к суду за рукоприкладство и грубое обращение? У немцев это запросто!