Но после страшной войны, его ожидали новые испытания. В конце 40-х гг. арестовали всё ленинградское руководство. Зальцман был близок к Кузнецову, Попкову и иным фигурантам этого дела. Ожидал своей очереди. И она настала. Но поступили с ним весьма своеобразно. Зальцман так и не узнал, что помогло сохранить ему жизнь. Ему даже сохранили генеральское звание, высшие правительственные награды. Более того, будучи снят с поста директора Кировского завода, исключён из партии, оставался депутатом Верховного Совета СССР…» Назначили бывшего наркома, Лауреата, Героя — мастером цеха с окладом 70 рублей в месяц. Затем переехал в Орёл. Тяжёлое было для него время с 1949 по 1953 г. Но не сломался бывший нарком. Крепким был орешком. В 1953 г. его реабилитировали, летом 1957 г. он вернулся в Питер, где создал новый Механический завод. И ушёл на пенсию лишь в возрасте 80 лет. Умер 17 июля 1988 г. в возрасте 83 лет. Во время похорон из Дома культуры Кировского завода на подушечках несли Золотую Звезду Героя, три ордена Ленина, полководческие ордена Суворова и Кутузова, два ордена Трудового Красного Знамени, ордена Отечественной войны и Красной Звезды и большое количество медалей. Страна прощалась с чело веком, которого Запад и фронтовики признали танковым королём Второй мировой войны. (В этой главе использована статья военного историка Вилена Люлечника «Танковый король России», написанная по результатам одноименного исследования украинского учёного В.Сергейчука. «НМ» № 1492 от 29.06.2022)

О советской военной стратегии в предвоенный период

О советской военной стратегии в предвоенный период

В опубликованной в 1927 книге «Стратегия» военный теоретик А.А. Свечин изложил новую теорию оперативного искусства. Об этой книге маршал Захаров написал: «Являясь последователем немецкого историка Ганса Дельбрюка, сторонника «стратегии измора», А.А. Свечин не смог идти дальше обобщений опыта последних войн и стратегических теорий своих предшественников, не смог понять новых явлений в нашей жизни, строительстве Советского государства и его вооружённых сил, не видел их перспектив, а следовательно, и возможных путей развития военного искусства. Он пытался дать общую стратегию, пригодную для любой страны». Учитывая огромную территорию страны, малоразвитую систему коммуникаций, её отставание в промышленной и технологической сферах, Свечин считал, что для достижения успеха в будущем конфликте стране необходимо использовать зарубежные технологии и «готовить тыл страны служить фронту». Эти реалии советского государства 1920-х гг. вынудили Свечина подчёркивать необходимость единства фронта и тыла как в мирное, так и в военное время и пропагандировать стратегию «войны на истощение». Стратегические концепции Свечина оспаривались военным лидером Гражданской войны и после военным теоретиком М.Н. Тухачевским, а также другими военными авторитетами. Они настаивали на принятии наступательной стратегии войны на уничтожение, которая требовала «полной милитаризации национальной экономики для создания инструментов для ведения современной механизированной войны». Концепции Тухачевского, которые выглядели соответствующими революционным идеалам советского государства одержали верх. Техническое перевооружение армии в корне меняло старое представление о бое и операции, оказывало большое влияние на развитие советской военной теории, приведшей позднее к разработке основ глубокой операции и тактике глубокого боя. Даже известный военный теоретик А.А. Свечин в конечном итоге согласился с неизбежностью перехода к новым формам борьбы и поддержал концепцию глубокой операции, рассматривая её однако в рамках стратегии измора.