Сергей мял мои груди, кусал их, словно озверевший. И двигался, и двигался…

Я думала, это продлиться вечность. Мне по-настоящему пришлось туго. Это было невыносимо, и со временем я смирилась: в конце концов, его не хватит надолго, и мои мучения продлятся недолго.

Так и получилось.

Спустя какое-то время Сергей остановился. Он с облегчением перевел дух, кончив мне внутрь. Довольно улыбнулся, облизнул пересохшие губы и слез с меня, высвободив мое лицо.

– Тебе понравилось? Я старался.

Я лежала на матрасе с оголенными бедрами и не шевелилась. Стало так противно, так больно и обидно, что хотелось не просто плакать, а выть, словно волк на полную луну. Меня грязно унизили. Со мной такого еще не происходило. Одинокая слеза прокатилась по лицу и капнула на матрас, оставляя мокрое пятно. А потом еще одна. Я молчала и лишь медленно хлопала ресницами, пытаясь переварить случившееся.

Сергей присел рядом и осторожно погладил по бедру.

– Этого бы не случилось, если бы ты осталась со мной. Ты сама виновата. Теперь терпи. Тебе придется очень туго. Это только начало.

92

92

Дни и ночи постепенно сменяли друг друга. Через заколоченные окна сложно понять, полночь это или полдень – в заброшенном доме круглосуточно царил полумрак. Я чувствовала, что не выдержу, и снова происходило это, и снова мне приходилось мириться с происходящим кошмаром. Я шла с ним под руку, позволяя издеваться над собой. Сергей то уезжал, то приезжал, и все начиналось по-новой. Замкнутый круг. Едва стоило ему уехать, как тут же он возвращался и, залезая на меня, опустошал полностью, без остатка.

Насилие случалось снова и снова, снова и снова. Я уже не чувствовала боли. Я не могла даже пошевелиться, чтобы поправить порванную в ярости одежду. И лежала с обнаженными ягодицами, украшенными синяками. Они чернели с каждым днем все больше. А еще я умирала от голода. В порыве беспамятства я обращалась к богу и просила прекратить мои мучения.

Я хотела, чтобы пришла смерть и подарила мне вечный покой.

Я больше так не могу…

А этот изверг после глумлений надо мной, беззащитной, ложился рядом и обнимал, как ни в чем не бывало. В первые минуты насилия мне становилось страшно – он мог в любой момент проснуться и снова начать издеваться, мотивируя это тем, что его унизили, забрав самое дорогое. Сергей уже не чувствовал себя мужчиной, и поэтому рвал и метал, отыгрывая на мне свою злость и ярость.

И в этот день все произошло по новой: Сергей вернулся в заколоченный дом и тут же набросился на меня, избил и изнасиловал. Причем, насиловал очень долго, казалось, что мучения мои не закончатся, что сердце не выдержит, и старуха с косой наконец-то заберет мою бессмертную душу в ад, где мне уже приготовили отдельный котел вместе с бывшим мужем.