Ванесса стоит спиной и не обращает на меня никакого внимания. Я хмурюсь. Почему она ведет себя так холодно вновь? Попахивает чем-то нехорошим, неладным. Необходимо поскорее разузнать, что случилось за время моего отсутствия.

– Несс, как ты? – спрашиваю я ее и медленно двигаюсь к ней.

В комнате выключен свет, а за окном уже успело стемнеть, и из-за этого я не вижу, в каком состоянии находится Аддерли и нужна ли ей помощь.

Слышатся тяжелые вздохи, а за ними следуют всхлипы. Вся сжимаюсь от напряжения. Как же тяжело видеть людей, разбивающихся о собственные чувства! Я стремлюсь помочь Ванессе всеми силами, но она отталкивает меня от себя, резко бросаясь в сторону кровати.

Я не успеваю ничего сказать, как Несс зарывается в одеяло, накрываясь с головой. Ничего не понимаю, хотя в голове зреют предположения. Неужели дело в той девушке? Кто-то посмел причинить Аддерли боль, и у кого-то это слишком хорошо получилось. Еще никогда я не видела Ванессу настолько разбитой.

– Уйди! – вскрикивает она. Ей приходится приложить усилие, чтобы звук донесся до меня сквозь плотную ткань.

Не уйду. Я буду рядом столько, сколько потребуется. Мигом оказываюсь на краю ее кровати. Пытаюсь найти лицо девушки, но безуспешно – она очень крепко сжимает одеяло.

– Ты задохнешься, – тихо говорю я ей, – открой лицо.

– Я попросила тебя уйти, – проговаривает Аддерли, но уже не так четко.

Из-за слез ее голос смягчается так, что я едва узнаю его. Вот что с людьми делает боль. Они тонут в горечи, вязнут в этом омуте бесконечных страданий.

– Я никуда не уйду.

– Зачем тебе эта дрянь, Джит? Не забивай мозги, у тебя и в собственной жизни дерьмо полное.

– Ты не чужой мне человек, Несс. Уже практически родной. – Я говорю искренне, игнорируя последние слова Ванессы.

К моему удивлению, Аддерли откидывает одеяло, и я могу посмотреть на ее заплаканные глаза и спутанные волосы. Помогаю ей отбросить слипшиеся пряди в сторону и принимаюсь расспрашивать дальше.

Видеть Несс в таком состоянии невероятно сложно, и мой голос также ломается. Мурашки бегут по телу, и я не в силах это исправить. Аддерли дорога мне, и осознавать, что ей плохо – словно получать ножевые ранения.

– Вы же только вернулись из поездки, а сейчас я с дерьмом со своим… Не хочу выливать его на ваши приятные моменты. – Несс немного успокаивается, но продолжает отстаивать позицию самодостаточного человека. Не хочет причинять нам неудобства, видите ли! Я поражаюсь ее душевному свету.

– Перестань, Несс, – бросаю я в ее сторону угрожающий взгляд, приказывая поделиться случившимся.