— Снижайся! — приказал полковник. — Курс на окраину полигона. Максимальная скорость. Сбросишь нас — возвращайся в исходную точку и жди сигнала.

— Есть! — Бортовой компьютер умолк, и Кузнецов направился к десантному люку.

Рывок «Метеора» прошёл успешно. На половине пути слева и справа от снижающегося самолёта из облаков вынырнули два звена «Кречетов», и полковник ощутил, как непрекращающийся волновой шум в голове стал ещё громче, заставляя кровь бить в виски подобно набату. «Кречеты» не нашли в воздухе никого, кроме полимерных конструкций, констатировали отсутствие в заданном районе живой силы и техники противника и легли на обратный курс. «Метеор» снизился, завис у границы боевого полигона и распахнул люки. Кузнецов спрыгнул наземь с метровой высоты и прислушался к ощущениям.

Пропитанные полимером конечности сработали словно амортизаторы, сначала немного сплющившись и гася инерцию, а потом выпрямившись и возвращая ногам положенную длину. Значит, раздробленные кости не срослись, это жёсткость полимера стала выше. Жаль. А он-то наивно надеялся, что ноги и руки ещё заживут.

Следом за полковником из чрева «Метеора» выскочил «Каракурт» и замер рядом, вопросительно наводя на него левую фасетку датчиков. Кузнецов проводил взглядом уходящий вертикально вверх «Метеор», взобрался на «Каракурта» и уселся на уложенные поверх брони ракеты.

— Поехали! — коротко бросил он. — Прямо! Курс на «Вышку».

Стальной паук побежал в указанную сторону, и полковник вгляделся вдаль. «Каракурт» — это робот ПВО, бегать быстро он не умеет и для перевозки десанта не приспособлен, у него другие задачи. Но сейчас большего от него не требуется. До пункта управления испытаниями почти двадцать километров, идти пешком долго и лениво, проще доехать хоть на чём, лишь бы не на своих двоих. А вот зенитное прикрытие сейчас пригодится. Предатель Абрамов не мог не позаботиться о гарантиях своей безопасности. Кузнецов хорошо помнил те давние испытания «Единорога», в ходе которых выяснилось, что в исключительных случаях, при длительной обработке ЭМИ, электроника робота может потерять связь с полимерами.

Можно смело спорить на своё ядерное орудие, что предатель взял одного из имеющихся на полигоне боевых роботов и переделал его в собственного телохранителя. Для этого Абрамову потребовалось разъединить электронику робота с полимерами, которые действуют согласно экстренному протоколу и полученной от «Узла» задаче. Делать то, что заблагорассудится Абрамову, полимеры не станут. А вот электроника станет, если её перепрограммировать. Перепрограммировать полимеры предатель не сможет: полимеры не программируются, они получают указания от «Коллектива 1.0», то есть от Сеченова. Зато электроника программируется по определению. Кто в неё влез, тот и хозяин.