Итак, мы наблюдаем в Северо-Западной Норвегии наличие двух слоев свободного населения, стоящих между знатью, с одной стороны, и зависимыми людьми — с другой: хольдов и бондов. Чем объяснить это своеобразное явление? Вследствие каких причин хольды выделились из массы бондов? Приведенные данные не содержат ответа на этот вопрос.

Обращаясь к данным о хольдах и бондах, содержащимся в «Законах Гулатинга», я вновь прибегну к составлению таблицы, включив в нее размеры возмещений и некоторые другие данные, характеризующие положение хольдов среди остальных слоев общества в Вестланде (см. табл. 2).

Воздержимся ^т сопоставления абсолютных размеров платежей в обоих судебниках, как это делал Гекк, ибо их нельзя считать показательными. Правовые нормы в период, к которому относятся эти судебники, складывались в пределах отдельных областей, и мы ничего не знаем о каких-либо попытках согласовать их между собой; поэтому могли создаваться всякого рода несоответствия в величине возмещений за одни и те же проступки. Больший смысл имеет изучение и сопоставление взятых в целом систем возмещений для выявления сходства и различия между ними. При этом, разумеется, нельзя ограничиться одними лишь размерами платежей, но необходимо прибегать к анализу терминологии и существа самих постановлений.

Таблииа 2

Социальные градации по «Законам Гулатинга»

Такого рода сравнение позволяет установить несколько немаловажных фактов. Во-первых, в то время как в Трандхейме между свободным и вольноотпущенником стоит recs ķegn, что следует расценивать как обстоятельство, благоприятное для свободного, поскольку понижение статуса не приводило его непосредственно на уровень вольноотпущенников, в Вестланде между свободным (бондом) и вольноотпущенником нет никаких промежуточных ступеней и вследствие этого было вполне возможно сближение части рядовых свободных с выходцами из вольноотпущенников. С этим связано, очевидно, и важное терминологическое различие: в «Законах Фростатинга» при перечислении социальных градаций свободный человек именуется árborinn maör и, следовательно, подчеркивается его хорошее происхождение, а в «Законах Гулатинга» термин árborinn вообще отсутствует и свободный человек в соответствующих текстах везде фигурирует под именем bóandi. Здесь, таким образом, происхождение, родовитость, являвшаяся в то время важным показателем полноправия, не считается уже существенным признаком рядового свободного человека¹²⁸.

Затем нужно отметить, что в Юго-Западной Норвегии сильнее выражены, резче, чем в Трёндалаге, определились социальные градации. По «Законам Фростатинга», возмещения и иные платежи, установленные для представителей отдельных категорий населения (лендрман, хольд, árborinn maör, recs ķegn, вольноотпущенник), находились в отношении 12 (9) : 6 : 4 : 3 : 2. Общее правило, формулировку которого мы находим в этом судебнике, гласило, что от хольдов возмещения возрастали и понижались на . По судебнику же Гулатинга, возмещения изменялись в пропорции 2:1 и отношение платежей, положенных для лендрмана, хольда, бонда и вольноотпущенника, выглядело так: 12:6:3:1 (2). На это можно было бы возразить, что и в «Законах Фростатинга» отношение возмещений свободного человека и вольноотпущенника тоже равно 2: 1, как и в «Законах Гулатинга». Но в последних грань между хольдом и бондом более глубока.