Светлый фон
А мне вот вспомнился тот, кого сейчас уже почти совсем забыли и о ком впервые я услышал в дни подготовки нашего наступления на Бихач. Это тот самый храбрый партизан, чьи подвиги увековечены в народной песне:

В то время у Милоша Балача было всего-навсего около двадцати плохо вооруженных бойцов, но проницательный народный поэт уже тогда предвидел, что эта горсточка партизан скоро вырастет в сокрушительную силу, которая освободит Бихач, превращенный врагом в настоящую крепость.

В то время у Милоша Балача было всего-навсего около двадцати плохо вооруженных бойцов, но проницательный народный поэт уже тогда предвидел, что эта горсточка партизан скоро вырастет в сокрушительную силу, которая освободит Бихач, превращенный врагом в настоящую крепость.

Милош Балач храбро сражался и геройски погиб в своей родной Краине, и эту книгу я посвящаю его светлой памяти. Не должен быть забыт герой, которого народная песня первым послала на штурм Бихача.

Милош Балач храбро сражался и геройски погиб в своей родной Краине, и эту книгу я посвящаю его светлой памяти. Не должен быть забыт герой, которого народная песня первым послала на штурм Бихача.

 

Бранко Чопич

Бранко Чопич

1

1

Днем и ночью Боснийская Краина напряженно прислушивается к далекой орудийной канонаде. Война. Лето 1942 года. Из Черногории и Герцеговины стекаются сюда все новые и новые отряды — сербские и черногорские рабочие. С ними продвигается и Верховный штаб во главе с Верховным главнокомандующим всей партизанской армией товарищем Броз Тито.

— Наши дают жару! — довольно гудит огромный детина Гаврило Черный, партизанский пулеметчик, стоя на каменистом склоне холма.

Рядом с ним присел на корточки старый плут Лиян, бывший полевой сторож, а теперь повар партизанской роты. Он недоверчиво косится на Гаврилу и озабоченно спрашивает:

— Э-хе-хе, вот только чьи это пушки бьют, хотел бы я знать?

— Чьи же еще, как не наши, партизанские, дурья твоя голова! — громко возмущается Гаврило.

— А может, это неприятель бьет из пушек по партизанам? — тяжело вздыхает повар. — Что ты на это скажешь?

— Это тоже не так уж плохо, — спокойно отвечает пулеметчик. — Если они так чешут из орудий, значит, наши им здорово всыпали. Артиллеристы по воробьям не стреляют, они выбирают что-нибудь покрупнее. Запомни это, старая поварешка.

— Ты гляди, какой умник выискался, трещит, понимаешь, ровно пулемет, — удивленно посмотрев на Гаврилу, говорит Лиян. — Не мешало бы тебя тоже разок из пушки долбануть, да вот только боюсь, как бы снаряд не испугался твоей косматой башки и не свернул бы…