Практически весь командный состав Вооруженных сил предполагал, что новым главой военного ведомства станет один из трех первых заместителей министра обороны СССР: либо главком ОВС ОВД маршал Советского Союза Иван Игнатьевич Якубовский, либо начальник Генерального штаба генерал армии Виктор Георгиевич Куликов, либо, на худой конец, генерал армии Сергей Леонидович Соколов. Однако совершенно неожиданно для всех новым министром обороны стал многолетний друг генсека, фактический глава всего военно-промышленного комплекса страны Дмитрий Федорович Устинов, который уже 27 апреля 1976 года на заседании Политбюро ЦК был утвержден в новой должности и произведен в генералы армии, а в июле того же года и в маршалы Советского Союза. Причем на том же заседании Политбюро ЦК по предложению Д. Ф. Устинова было принято решение присвоить звание маршала Советского Союза самому Л. И. Брежневу, который уже стал терять чувство реальности и временами впадать в старческий маразм. Хотя, как уверяют В. И. Варенников и В. Г. Куликов, сам Л. И. Брежнев до последнего колебался в своем выборе, но все же принял это решение и лично представил нового главу военного ведомства страны на заседании коллегии Министерства обороны СССР[1015]. Отныне маршал Д. Ф. Устинов стал, пожалуй, самым влиятельным членом высшего советского руководства, подотчетным только генсеку.

Как уверяет тот же В. И. Варенников, «поначалу все шло по инерции», новый министр «был полностью поглощен кадровыми вопросами», и в первую очередь тем, кого «поставить на Генштаб». В тот период новым начальником «мозга армии» мог быть только заместитель министра обороны, председатель Гостехкомиссии генерал армии Николай Васильевич Огарков, с которым «он сблизился по делам службы», поскольку отвечал за защиту от зарубежной разведки всей военно-технической информации. Однако во главе Генштаба тогда находился генерал армии В. Г. Куликов, который не только был моложе Н. В. Огаркова, но и являлся личной креатурой Л. И. Брежнева. В этой ситуации Д. Ф. Устинов и два его давних и верных помощника, пришедших из аппарата ЦК, контр-адмирал С. С. Турунов и генерал-майор И. В. Илларионов, стали «копать» под маршала И. И. Якубовского, чтобы убрать его с поста главкома ОВД и освободить место для В. Г. Куликова. В результате всей этой закулисной возни прославленный военный танкист слег на госпитальную койку и в самом конце ноября 1976 года из-за обострившихся болезней ушел из жизни. А уже в январе 1977 года была проведена ранее задуманная рокировка: Н. В. Огарков был назначен начальником Генерального штаба, а В. Г. Куликов перемещен на должность главкома ОВС ОВД. При этом обоим генералам армии, с которыми Л. И. Брежнев встретился лично, было присвоено очередное воинское звание — маршал Советского Союза. При этом генерал армии В. И. Варенников, неплохо знавший И. В. Илларионова и С. С. Турунова, в своих подробнейших мемуарах написал, что, работая с Д. Ф. Устиновым «многие десятки лет», они «были ему преданы до мозга костей и отлично разбирались в технических вопросах, т. е. в том, что являлось для самого Устинова главной специальностью». Что же касается военного дела, то «со временем, будучи опытными и развитыми людьми», они серьезно «повысили свои познания в военной области», которые у них «были значительно выше, чем у их шефа»[1016].