Основой политической системы страны теперь становились не Советы трудящихся, а Советы народных депутатов всех уровней, которые избирались на принципах всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании. При этом был снижен возраст пассивного избирательного права: для поселковых, районных, городских, областных, краевых, республиканских Советов — до 18 лет, а для Верховного Совета СССР — до 21 года.

Как известно, в новой Конституции появилась и пресловутая 6-я статья, авторство которой приписывают либо К. У. Черненко[1047], либо А. Е. Бовину[1048]. Существует расхожее мнение, что именно в этой статье КПСС впервые была названа «руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, всех государственных и общественных организаций». Однако это не совсем так, поскольку в сталинской Конституции 1936 года, в 126-й статье, уже говорилось о том, что именно ВКП(б) является «руководящим ядром всех организаций трудящихся, как общественных, так и государственных». Поэтому абсолютно правы те ученые (А. Л. Земцов[1049]), которые пишут о том, что брежневская Конституция лишь «в более четкой и однозначной форме, чем Конституция 1936 года закрепила дуалистическую структуру власти, существовавшую в стране». Вместе с тем, как справедливо пишут многие авторы, данное узаконение реальной роли партии привело к еще большему «монопольному контролю партийных комитетов за работой всех государственных учреждений и предприятий и резко повысило значение всего партийного аппарата во всей властной вертикали, превратив членство в партии в обязательное условие для любой служебной карьеры».

Социальной основой советского общества провозглашался «нерушимый союз рабочего класса, колхозного крестьянства и советской интеллигенции», в основе которого лежали новые формы «непосредственной демократии» — всенародное обсуждение и референдум, а также новые гражданские права, в частности на обжалование действий должностных лиц, судебную защиту от посягательства на честь и достоинство и критику действий государственных и общественных организаций.

Новая глава, не имевшая аналогов в двух предыдущих общесоюзных Конституциях — 1924 и 1936 годов, — впервые трактовала основные вопросы внешней политики и утверждала о том, что она направлена на обеспечение благоприятных международных условий «для построения коммунизма в СССР» и всемерное «укрепление позиций мирового социализма, поддержку борьбы народов мира за национальное освобождение и социальный прогресс». Кроме того, в новом Основном законе страны закреплялся старый принцип «социалистического интернационализма» в отношениях Советского Союза со всеми государствами социалистического лагеря и молодыми государствами, освободившимися от колониальной зависимости.