— Девушка, я же вам кричал, чтобы вы остановились! Вы журнал потеряли!

Этим случаем Вежина продемонстрировала всем, что кто-то охотится за близкими Пшеничных. Убита Милавина, подруга Олега. И, может быть, сорвана попытка убийства двоюродной сестры Милены. «Побольше неясности, нелогичности, побольше фигурантов — это запутает дело», — небезосновательно полагала Ксения.

В тот день, когда они с Миленой были лично приглашены режиссером на спектакль «Мамаша Кураж», у Ладимира Новгородцева было выступление в клубе «Медальон», поэтому после первого действия Ксения с ним уехала из театра.

Позже, когда Фролов с подачи Астровой предпримет попытку расследовать убийства Милавиной и Пшеничной, он обратится с просьбой к Новгородцеву позировать ему и пригласит того к себе домой.

Разговор почти сразу же коснулся убийства Пшеничной. Ладимир заметил, что, к счастью, Ксения не видела Милену с простреленной головой.

— Мы с ней уехали в клуб «Медальон», я там выступал, — сказал он и не удержался от вздоха: — В тот вечер Милена выглядела потрясающе! На ней было такое эффектное платье с бело-лиловыми цветами…

Фролов мысленно отметил: «Артист внимателен к деталям!» — и поинтересовался, якобы просто так, чтобы поддержать разговор:

— А Ксения в чем была? Тоже… — он сделал паузу, будто сосредоточился на рисунке и лишь по инерции продолжил: — …с цветами?

— Нет! — замотал головой Ладимир и, спохватившись, извинился: — Простите, забыл, что позирую. Ксения была в черной тунике из такого… переливающегося материала и на голове сверкающая золотая шапочка. Да, еще шерстяной палантин, но это когда мы выходили на улицу.

Фролов закончил первый набросок. Ладимир выразил желание взглянуть. Сергей снял лист с мольберта и показал. Новгородцев сильно сощурил глаза, поднялся с табурета и подошел ближе.

— Здорово! Как вы ухватили главное в моем характере! — воскликнул он.

А Фролов про себя отметил: «А ты, оказывается, близорукий».

— Что, сколько диоптрий? — спросил он, когда Ладимир вновь сел на табурет.

— Много, — посетовал тот. — Почти шесть. Не вижу ни глаз партнеров, ни их мимики, вся сцена в тумане. Иногда это сильно мешает. Но вообще-то привык. Работаю на слух, — рассмеялся он.

Сергей молча кивнул и попросил Новгородцева сесть в профиль.

«Значит, в вечер убийства Вежина была одета во все блестящее. В клубе она сидела за столиком для своих. Со сцены он хорошо виден, а для остальных посетителей почти незаметен. Как могла поступить Ксения? — задумался Фролов. — А хотя бы так. Выскользнуть из сверкающей туники, под которой было черное облегающее трико с длинными рукавами, бросить шерстяной палантин на спинку стула, на него набросить тунику, а сверху положить золотую шапочку.