Хрупкость границы между будничным и чрезвычайным, скучным и чудовищным, невинным и порочным сегодня ощущает, кажется, любой: в 2022-м весь наш мир стал сплошной Изнанкой. А уж «плохие русские», карикатурностью которых столь многие возмущались в третьем сезоне, к четвертому оказались гениальным предвидением шоураннеров. Хотя в их системе координат американские спецслужбы по-прежнему и кровожаднее, и изощреннее в своих опытах над детьми, чем по-своему простодушные Советы, всего-то лишь изучающие инфернальных демонов в тайных лабораториях своих ГУЛАГов.

Четвертый сезон – самый взрослый (дети подросли), кровавый и «хоррорный» из всех. Его зачин, в котором старшеклассница-красавица убита неизвестным монстром, отчетливо напоминает «Твин Пикс», дальнейший ход событий отсылает к «Хэллоуину» и «Кошмару на улице Вязов» – недаром в знаковой роли появляется Роберт Инглунд, легендарный исполнитель роли Фреда Крюгера. Важнейший из новых персонажей – металист-третьегодник Эдди Мансон (роль, моментально прославившая британца Джозефа Куина), свежий антагонист – чудо-юдо с обожженным лицом и телом, а также печальным глубоким голосом, названное традиционно в честь персонажа «Dungeons & Dragons» – Векна.

Жанр четвертого сезона, по обыкновению Дафферов, причудливо искажает все существующие законы и нарушает правила. Это психологическая драма взросления с подростковыми травмами и школьной травлей, конспирологический триллер, лагерный хоррор, мистический слэшер и все еще семейное приключенческое кино о верных друзьях из «клуба неудачников», как непременно назвал бы их Стивен Кинг. Да, здесь опять море отсылок к его книгам, включая прямое цитирование «Талисмана» – говорят, за его экранизацию под продюсерским предводительством другого своего кумира Стивена Спилберга братья Дафферы возьмутся сразу после завершения «Очень странных дел».

Несомненно, как бы упорно авторы ни нагнетали мрак и как бы старательно ни разбавляли его элементами юмора (иногда несколько натужного), сериал остается грандиозным эскапистским аттракционом. Но его сила, сейчас уже неоспоримая, не только в профессионализме исполнения и искренней любви создателей к своим героям и материалу. Постмодернистская многослойность, ошибочно принимаемая за вторичность, позволяет ввести в «Очень странных делах» еще один способ борьбы с абсолютным и, кажется, непобедимым злом: при помощи той самой поп-культуры, из фрагментов которой сшито лоскутное одеяло сериала Дафферов. Только здесь можно спасти ребенка из параллельного измерения при помощи песни The Clash, одолеть монстров, соблюдая правила игры в фэнтезийную настолку, и успеть обогнать стремительного противника, вскочив на скейтборд Марти Макфлая из «Назад в будущее».