И тут они появились.

Самка с детенышем, затем могучий самец. Каждое дерево, на которое он влезал, дрожало и качалось. Добравшись до развилки ветвей, он садился на крепкий поперечный сук и начинал поводить плечами из стороны в сторону, а шерсть на нем при этом становилась дыбом. Таким способом вожаки стай демонстрируют силу и «атлетическое сложение», запугивая этим окружающих и внушая уважение к своей особе. Затем он начинает кричать. Сначала один за другим следуют несколько коротких криков, которые затем становятся все чаще и громче, пока наконец не сольются в душераздирающий, пронзительный визг. Все дерево при этом начинает ходить ходуном.

Нам ни разу не удалось увидеть одновременно больше двух обезьян, и то при невыгодном освещении, в полутьме, наполовину закрытых листвой. При этом у нас было такое ощущение, что и они нас прекрасно видят. Но мы не заметили, чтобы они испугались. А раньше шимпанзе просто предпочитали уходить от нас, когда мы, шумно орудуя секачами, прочищали себе дорогу через чащобу.

Таким образом нам тогда удалось, наверное впервые в мире, заснять беснующегося самца-шимпанзе в его естественной обстановке, на его африканской родине. Пленку мы проявили прямо в тот же вечер, признаюсь, с трепетом душевным — вдруг не вышла?

Вместо того чтобы получить эти далекие от совершенства фотографии, мы преспокойно могли бы подстрелить нескольких обезьян, притом безо всяких хлопот, с самого близкого расстояния! Потому что для того, чтобы заснять дикое животное на воле, его недостаточно увидеть. Его необходимо увидеть целиком, да еще при выгодном освещении, успеть поймать его в видоискатель, определить правильное расстояние и установить диафрагму.

Итак, мне пришлось потратить десять дней усилий, лихорадочного ожидания и всяческих треволнений на то, чтобы получить несколько снимков шимпанзе на воле (к тому же не больно-то удачных!). Но именно с тех самых пор снимок любого дикого животного на воле импонирует мне неизмеримо больше, чем череп гориллы, развесистые оленьи рога, львиная шкура или любой другой охотничий трофей!

Глава девятая Юная богиня леса

Глава девятая

Юная богиня леса

Если от нашего лагеря, расположенного на этот раз вблизи крошечной туземной деревушки, спуститься вниз по лесной тропе, то вскоре можно добраться до чистого прозрачного ручья. В половине пятого, после обеда, я решил туда сходить, потому что совершенно взмок от пота и мне очень захотелось основательно помыться. Я пожалел нашего боя Джо, которому приходилось таскать воду сюда наверх: целых двадцать минут надо тащить на себе полную бадью, чтобы в один момент вылить ее на голову одному из нас. Это слишком трудоемкое дело.