– Что, черт подери, случилось? Мы только что оторвались от земли! – спросил недовольно президент.

– Можно сказать, пока ничего особенного. Вам, господин президент, всего лишь готовят новый импичмент!

– Джаред, ты часом не пьян? Сейчас не время для шуток.

– Это не шутка. Мне доложили, что в правовом комитете палаты представителей еще три дня назад зарегистрирован проект резолюции от нескольких конгрессменов, естественно «демократов», об инициации начала процедуры импичмента. Специально выждали, когда целую неделю вас не будет в Вашингтоне. Сегодня резолюция ставится на голосование в палате представителей. Ясно, что пройдет, – там у них большинство. Завтра будет передана в Сенат.

– Какого хрена им надо от меня на этот раз?

– Деталей не знаю, но говорят, у вас есть родственник в России. Во время СССР работал на КГБ, сегодня – на ФСБ. Как будто вы это тщательно скрываете.

– Будь они все прокляты! Какой родственник?

– Русский, под прикрытием музыканта. Неделю назад давал концерт в Квинсе для русской диаспоры, шестьдесят тысяч зрителей…

Трамп перестал слышать зятя. В ушах запульсировала кровь, лицо покрылось потом, телефонная трубка в руках стала мокрой.

– Какой, на хрен, концерт? – прохрипел он. – Что на нем случилось?

– Русский орал на весь стадион, что вы его двоюродный дедушка, размазывал сопли по лицу, катался по траве и целовал землю. Кричал в микрофон, что он сирота и наконец обрел родную кровь. Ну то есть – вас.

– Откуда тебе это известно?

– Концерт транслировался по русским кабельным телеканалам. Запись появилась в YouTube. Пока смотрят вяло – она на русском, без перевода.

– Джаред, попробуй купировать эту пленку! Хотя нет! Если узнают, что я хотел что-то скрыть, тогда конец. Разберись, может, он и правда родственник. Мало ли что. Сын брата моего деда воевал за нацистов в России, мог наследить. Держи меня в курсе.

Он бросил трубку, схватился за голову. Не зря ему померещился русский флаг в новой ливрее самолета. Захотелось сорвать на ком-то злость. Он угрюмо встал из-за стола, подошел к двери спальни, открыл ее и уставился стеклянным взглядом на жену.

– Твой чертов русский генерал подложил нам свинью!

– Ты о чем? – спросила лежавшая в розовой пижаме Меланья.

– Твой русский музыкант, которого так любят эти ваши чертовы русские, объявил в Нью-Йорке, что я его дедушка.

Меланья не выдержала и залилась истерическим смехом. Она натянула одеяло до глаз и не могла сдержать нервных конвульсий.

– Ещё один сумасшедший! Слава богу, не утверждает, что ты его отец! Таких десятки! Одним больше, и что?