– Михаил Сергеевич – ваш родственник, хотя и не очень близкий. И что особенно радует – не он один. Андрюша, Ирина – заходите! Ваша очередь знакомиться!

У противоположной стены скрипнула дверь. Дональд и Меланья в замешательстве повернулись на звук. В гостиную вошла женщина в строгом черном платье с ожерельем из среднего размера жемчужин в три ряда. За ее спиной маячил огромный мужчина в темно-сером костюме и красной рубахе навыпуск. По нынешней моде толстяки, как правило, не заправляли рубахи в брюки. А в том, что за женщиной стоял настоящий толстяк, сомневаться не приходилось.

– Ирина! – воскликнула Меланья и шагнула в сторону дочери Михаила Сергеевича. Они взялись за руки, с удивлением начали смотреть друг на друга. Хотя виделись в США не один десяток раз.

– Дедушка! – раздался крик толстяка, и Трамп вспомнил, что видел именно его на мониторе в зале Сената, когда несколько дней назад там допрашивали негодяя Калугина. На огромном экране толстяк валялся в траве на бейсбольном поле, обернутый в американский флаг, и орал в исступлении его имя и это непонятное русское слово – «дедушка».

Андрей Разин – а это был именно он – схватил пухлыми ладонями свои щеки, как будто не верил своим глазам. Без промедления начал рыдать взахлеб, вытирать рукавом пиджака сопли и слезы, всем видом показывая, что решительно намерен заключить «дедушку» в объятия.

Сорок пятый президент США несколько мгновений смотрел на него с изумлением. На секунду ему показалось, что за спиной захлебывающегося в соплях и слезах толстяка возникла и пропала ехидная рожа китайца с выбритым лбом. Он понял, что окончательно сходит с ума и все, что видит, – галлюцинации в палате дома для психопатов. Чтобы избавиться от наваждения, он наклонился, хлопнул себя по коленкам и закатился звонким смехом, таким же истеричным, как вопли свихнувшегося незнакомца.

Но эффект оказался не совсем тот, на который рассчитывал Трамп. Толстяк воспринял его жест и заливистый смех как акт признания. Лицо Андрея разом расправилось, он несколько раз шмыгнул сопливым носом, еще раз вытер глаза рукавом пиджака, поднял руки и решительно двинулся на «дедушку». Тот не смог подавить в себе приступ истерического смеха и тоже поднял руки для объятия. Экс-президент понял наконец, что цена этого спектакля – его жизнь.

Андрею не удалось дотянуться до губ Трампа, чтобы расцеловаться по-русски. Его голова упала на грудь бывшего американского президента, он обхватил его руками. И тут новый приступ огромной радости со слезами и насморком застал его в объятиях Трампа. Он ощутил, как американец начал гладить его по голове своей теплой ладонью, словно дедушка внука, о чем Андрей так мечтал с самого детства.