Сионисты ценили покорность Хаккы паши, ссужали его деньгами и похваливали в печати. Один из их лидеров — Израэл Зангвилл писал в стамбульском журнале "Фортнайт ревю", что великий визирь Хаккы паша будет именно тем человеком, кто поставит ребром вопрос о создании великого еврейского государства перед Высокой Портой^[2]. Надменный визирь не смел возражать. Перед его глазами стояла печальная картина низложения султана Абдул Хамида II, который, нуждаясь в деньгах, как рыба в воде, ответил отказом на предложения Теодора Герцля погасить все его долги, если тот даст фирман (разрешение) на покупку палестинских и ливанских земель для евреев. Для начала Герцль предлагал султану полтора миллиона английских фунтов наличными. Но звон золота не прельстил повелителя правоверных. Он ответил Герцлю ядовитым письмом, в котором говорилось, что евреи сумеют получить Палестину лишь в случае, если Османскую империю расчленят и погубят.

Сионисты учли это и стали содействовать всеми силами развалу турецкой монархии. В ходе первой мировой войны Палестину оккупировали английские войска. В ноябре 1917 года английское правительство опубликовало так называемую декларацию Бальфура, в которой содержалось обещание содействовать созданию в Палестине "национального очага для еврейского народа". В апреле 1920 года в Сан-Ремо было принято решение Верховного союзнического совета передать Великобритании мандат на управление территорией Палестины. Декларация Бальфура была включена в текст мирного договора. Таким образом "еврейский национальный очаг" в Палестине получал международно-правовое признание. Державы-победительницы, поделившие Ближний Восток на зоны влияния, не забыли интересы международного сионизма.

Об этих интересах буржуазная пресса писала много. В те годы сионисты издавали в Париже журнал под названием "Палестина". В одном из его номеров была опубликована статья, где излагались претензии сионистов на многие территории Ближнего и Среднего Востока. Речь шла, в частности, о южном Ливане, который вплоть до города Сайды полагалось включить в рамки еврейского государства. Его именовали на языке иврит "Эрец Исраэль".

Спустя полвека эти притязания повторил генерал Моше Даян, заявивший, что "шестидневная война" (так сионисты называют израильскую агрессию против арабских стран в июне 1967 года) дала Израилю более или менее приемлемые и безопасные границы, за исключением границы с Ливаном. За этим угадывался старый план, о котором сионистские лидеры рассуждали на страницах журнала "Палестина". Идеи захвата южного Ливана носились в воздухе Тель-Авива.