На этих собраниях царил обычай, в силу которого каждый парень сидел сзади своей девушки – а честь девушки требовала, чтобы за ней непременно ухаживал какой-нибудь парень, – добросовестно исполняя возложенную на него обязанность. А эта последняя состояла в том, что он должен был то и дело стряхивать с колен девушки отбросы пеньки. Исполнение этой обязанности, как нетрудно видеть, давало ухаживавшему за девушкой парню все новые возможности более или менее откровенного ухаживания, а как его, так и ее честь требовали, чтобы эти возможности не оставались неиспользованными.

Чем смелее и дерзче действовал парень, тем выше становилась его репутация в глазах девушки и тем более последней завидовали ее подруги, если верить жалобам современных проповедников морали. Из этого то и дело подтверждаемого современниками факта неоспоримо следует правильность нашего ранее сделанного указания, что работа была в общественных прядильнях только предлогом для культа Венеры и Приапа, что большинство крестьянских девок отправлялись туда главным образом для того, чтобы стать на целый вечер предметом подобных ухаживаний парней.

Вошедшее в поговорку плохое освещение этих помещений весьма способствовало таким эксцессам, на которые старики закрывали глаза. Часто помещение, где пряли, освещалось одной только лучиной. Если она гасла, когда отворялась дверь или вследствие другой причины, – а это случалось каждый вечер, – то, разумеется, ни один парень не медлил как следует использовать случай, а девки не очень противились их ласкам. Порой таким образом устраивались целые оргии. А так как они были по душе многим участникам, то последние сами усердно помогали случаю, так что лучина гасла по нескольку раз в один вечер. Существует немецкая поговорка для обозначения дикой сутолоки: «Das ist eine rechte Gurgelfuhr» – вместо «Kunkelfeier»[31], и в ней еще отражается воспоминание о свалках, происходивших в таких прядильнях.

Не только девушки, но и замужние и вдовы участвовали в таких развлечениях. Если одни приходили с тем, чтобы облегчить дочке возможность сблизиться или пококетничать с парнем, то многие другие приходили для того, чтобы позволить парню или соседу таким образом поухаживать за ними. Что последняя цель довольно часто вдохновляла замужних, видно хотя бы из того, что мужья вечно жалуются на частое посещение их женами публичных прядилен. В масленичной пьесе «Крестьянская забава» мужик в следующих словах жалуется на жену: «Часто уходит она с веретеном и остается там до окончания службы. Когда же я ее спрашиваю, почему она вовремя не пришла и где она была, она отвечает: „Оставь меня в покое“. И так набросится на меня, что я смолкаю и предоставляю ей делать, что она захочет».