Я метнулся вслед за ним. Мышцы загорелись огнем. Эликсиры текли по венам, делая мое тело быстрым и сильным.

Астарта вскрикнула и упала на колени. Наследник уколол концом огненного крыла, пытаясь пронзить девушку. Пламя его магии заревело, и обдало меня жаром, когда я приблизилися и… что было сил врезал ему в лицо железной перчаткой.

Я почувствовал, как черный костюм плавится на мне, а металлическая перчатка становится обжигающе горячей. Эликсиры почти сразу заглушили все болевые ощущения.

Металл с лязгом ударил в кость. Грегор отлетел, с хрустом врезался куда-то в объятые огнем деревья.

— Ноль! — крикнула Астарта где-то за спиной.

— Ты ранена, — обернулся я.

Девушка застыла на коленях за моей спиной.

— И теряешь силы с каждой минутой, пока работает аура, — я сорвал с левой руки, которой ударил наследника, раскаленную перчатку, отбросил ее. Костюм тоже кое-где прожгло.

— Я хочу помочь! — Крикнула она и попыталась встать.

— Ты поможешь, — я обернулся на хруст и гул пламени, туда, куда упал наследник, — если мы оба останемся живы.

Наследник выбрался на опушку. Обгоревший, в рваной одежде, он стоял передо мной, и глубоко, словно зверь, дышал. Огненной ауры больше не было. Лишь крылья висели за спиной. Его уровень силы упал до семидесяти

Мой удар превратил нижнюю челюсть Грегора в кровавое месиво, но это никак ему не мешало. Мозг наследника кипел от нахлынувшей маны. Остановить его можно было лишь единственным способом.

Грегор взревел и метнулся ко мне. Крылья разгорелись красным, словно угли на ветру. Я рванулся ему навстречу. Спустя секунду, мы сошлись. Он взмахнул огромным крылом, но я ушел от удара. Поднырнул под него, быстро прокатился на коленях по рыхлой почве, вскочил за спиной наследника.

Он резко обернулся, взмахнул вторым крылом. Оно промчалось в полуметре от меня, обдав жаром. Я успел отскочить назад. Грегор ударил крылом вперед, пытаясь меня пронзить, я ушел вправо.

Наследник взмахнул крыльями, взметнулся на несколько метров вверх. Занес крыло над моей головой, словно топор. А потом всем телом он грохнул вниз, как снаряд. Быстрый, словно молния, я метнулся вперед. Прокатившись, встал на ноги.

Он обратился лицом ко мне и закричал. Глаза наследника больше не горели. Они почернели, словно угли. Крылья, распахнулись, но стали совсем прозрачными, словно сделанными из дыма. А потом просто погасли.

В этот самый момент шкала наследника опустилась до нуля. Все это время я выжидал, пока аура блокирует его магию. Теперь пришел мой черед.

Я метнулся к нему. Он выбросил руки, бессильно пытаясь схватить меня.

Больше уворачиваться не было необходимости. Я просто оттолкнул его руки, а потом схватил за шею. С хрустом свернул ее.

Грегор Патрицин обмяк в моих руках. Я мягко опустил его на землю. Посмотрел свысока. Парень выглядел безмятежным и спокойным. Мне стало жаль его.

Задымление усилилось так, что сложно было дышать. А рассмотреть что-то в дыму и вовсе невозможно.

— Астарта!

— Я здесь! — Откашлялась она, — Ноль! Пламя подбирается!

— Абсолютный ноль борту номер девять, — я взвалил тело наследника на плечо, — забирайте нас!

— Поняли, господин! Мы уже на подходе!

Идя на голос, я отыскал в загустевшем дыму Астарту.

— Спасибо! Если бы не ты… — Начала она, — я бы погибла!

— Не трать воздух. Его и так мало осталось, — ответил я.

А потом гул огня смешался с рокотом вертолетных двигателей. Лопасти опускающейся машины разогнали дым и мы увидели синее небо.

* * *

Когда-то давным давно, в мире,

который еще не был расколотым.

Чужим богам нужны были последователи. Нужны были кровавые жертвы, чтобы становиться сильнее. Главной их проблемой было то, что последователи быстро заканчивались. И тогда они нашли выход — принялись сливать чужие миры воедино со своим, чтобы порабощать другие народы.

Когда я был ребенком, Чужие Боги вторглись и в мой родной мир. Как водится, народ разделился. Кто-то принял Чужих Богов и встал на их сторону, кто-то остался верен моему миру. Я остался верен.

В девять лет я в первый раз убил человека. До двадцати — сражался в непрекращающейся войне. До тридцати возглавлял партизанов, когда казалось, что все пропало. Никто не ожидал, что наши молитвы пробудят ее.

Аркана — богиня изменений и судьбы, что почиталась нами с древних времен, явила себя, когда мы решили, что будем сражаться до последнего. Что лучше умрем чем станем их рабами.

Почему она выбрала меня? Я не знаю. Иногда мне казалось, все дело было в том, что я был слишком упорен, чтобы умереть и слишком упрям, чтобы поддаться шепоту Чужих Богов.

«Ты компенсируешь отсутствие талантов, — как-то сказала мне Аркана, — невероятным упорством. Это меня и привлекает в тебе»

Чтож. Это было правдой.

Тогда я получил титул ее чемпиона. Приобрел силу, способную заставить Чужих Богов биться со мной на равных, как смертный со смертным. А я чертовски хороший боец.

Я стал ее убийцей. Она научила меня Алхимии — силе изменений, чтобы я мог укрепить свое смертное тело. Когда я убил первого из Чужих Богов, они прозвали меня Бичом Арканы. Мне это понравилось. И война пошла по нашим правилам. Сегодня, я проник в их главное убежище, чтобы положить вторжению конец.

— Ты делаешь ошибку! — Кричал Птар, предводитель Чужих Богов, прижимаясь к подножью своего трона, — очень большую!

Его черная борода блестела от крови. Темно-красный балахон пропитался ею. Наверное, он не знал, что может кровоточить. Я показал ему это.

— Ошибку сделал ты, когда решил явиться в мой мир.

— Я переступил трупы богов, которые защищали тронный зал Птара от моего нападения. Вот лежит Игнар — бог-варвар огня с перерезанным горлом. Он требовал чтобы девствениц приносили ему в жертву.

А вот и Вольгерд — бог земли, по чьей воле наши города заливала раскаленная магма. Его я сразил в сердце.

— Ты велик, Бич Арканы, но ты не на той стороне! — Махнул Птар окровавленной рукой, — под моим покровительством ты станешь сильнейшим! Станешь богом!

Я не ответил, только сильней сжал свой нож.

— Проклятье! — Птар выбросил руку в мою сторону.

Ладонь бога блеснула красным светом, но он тут же иссяк. В моем присутствии ни один бог не мог пользоваться своей магией. Моя аура вынуждала их сражаться и умирать, как смертные.

Приблизившись, я схватил Птара за ворот и вонзил нож ему в сердце. Чужой бог захрипел и выплюнул на бороду сгусток крови.

— Глупец, — рассмеялся он внезапно, — слияние миров еще не закончено, а оно держится на силе моей души! Убив меня, ты разбил наши миры на осколки!

* * *

Земля. Империя.

Спустя три дня со смерти наследника Грегора Патрицина.

— Вставай, Арон, — раздался сердитый голос отца надо мной, — быстро.

Сон из моей прошлой жизни развеялся, будто его и небыло. Я с трудом разлепил глаза. Последствия приема эликсиров до сих пор легким похмельем стучали в голове.

Служанка отодвинула шторы и яркий свет ворвался в мою комнату, заставил меня поморщиться.

— Какая честь, папа, — хрипловато проговорил я, — барон Петр Атрид решил разбудить меня собственной персоной.

Отец не ответил. Высокий, широкоплечий, но грузный, он гневно засопел и отошел от моей кровати. Приблизившись к окну, он одернул на себе деловой костюм, поправил черные, как у меня, волосы. Уставился на улицу.

— Экзаменатор ждет тебя. Ты тренировал свою способность? — Спросил отец.

Я не ответил, поднялся с кровати и потянулся.

— О, Предки, — отец обернулся, тронул веки, — пусть сила у тебя и бестолковая, но она хотя бы есть! Если ты не ударишь в грязь лицом и покажешь Экзаменатору, что ты — маг, дом Атридов наконец-то вернется в реестр магических семей. Мы снова приобретем потерянное уважение!

Петр не любил меня. В доме Атридов давно не рождались маги. Уже несколько поколений. Дом даже вычеркнули из реестров магической аристократии.

А потом, семнадцать лет назад, родился я (да-да, после внезапного раскола моего родного мира, перерождение в другом стало сюрпризом). А еще, мой брат-близнец по имени Пол.

Пол был способным магом. В девять лет стало ясно что его энергия — мана света, а класс — Охранитель. Сильный бы паладин получился. В период с двенадцати по четырнадцать, он открыл все свои основные способности, кроме ульты.

Во мне же магия теплилась, это подтверждали все маги-усилители со способностью детектора, но дальнейшего развития не происходило. В отличие от них, я знал в чем дело. Нуль-аура подавляла все мои магические силы. Дар Арканы, подавлять чужую силу, пробудился и в этом мире. Развивать мне предстояло именно его. Но как? Тогда я не знал.

А потом Пол пробудил в себе ульту. Бесконечный поток света, испепеляющий все на своем пути. Это произошло, когда ему было пятнадцать. И Пол не выдержал, сойдя с ума. Брата пришлось остановить мне. Тогда-то мой отец, не только возненавидел меня, но и узнал, что я один из Нулей. Узнал только он, для остальных в семье это осталось тайной. А я узнал, что в этом мире, когда осколки моего родного врезались в него, появились и другие Нули. Но гораздо более слабые чем я.

Отец знал, что я Абсолютный Ноль. Знал, что я работаю на Империю через гильдию Нулей. Это было невероятно престижно.